Автор
В розовой кофточке и белых кроссовках она кажется привидением — неуловимой тенью в сером мире. Главная героиня знает свое достоинство, но предпочитает держаться на расстоянии. Каждый шаг в жизни подростка сопряжён с опасностью: кто-то хочет убрать ее за пределы видимости, кто-то — спрятать в тени....
Он и подумать не мог о том, что его потомки окажутся настолько сребролюбивыми, что захотят иметь брильянты, изумруды, рубины. Для Бориса Алтуфьева превыше всего стояла честь семьи, ее доброе имя, а не злато и каменья. Узнав о том, что было спрятано в карнизе, Аллочка разрыдалась, а Татьяна Борисовна возликовала.
– Бог мой, – повторяла она, прижимая к груди потрепанную тетрадь, – это лучше, чем деньги, моя история, мой род…
Но я вспомнила, с какой силой старуха толкнула Ксению Шмелеву, чтобы отнять вожделенный план, и отвернулась.
На следующий день мы с Маней и Лелей возвращались в Ложкино. Наш дом и коттедж Сыромятниковых были полностью приведены в порядок.
– Ну, – спросил Аркадий, – все? Всех забрали?
– Всех, – завопила Маня, – пять собак, три кошки и жабу!
– А крыса Фима?
– На месте.
– Хомяки?
– Уже на заднем сиденье.
Я оглядела пустой торговый зал. Так, осталось потушить свет и сдать магазин «на пульт». Завтра должна вернуться из Таиланда Лена, и я сложу с себя полномочия директора книжного магазина. Если подруга захочет, пусть ставит на это место Аллу Рюмину. Если забыть про милую феньку Аллы Сергеевны, гонки со строительным пистолетом в руках, лучшей кандидатуры на пост директора «Офени» не сыскать.
– Хорошо, – вздохнул Кеша. – Зайка, гаси свет.
– Ладно, – отозвалась Ольга, подняла руку и вместо выключателя нажала «тревожную кнопку».
– Почему лампы не погасли? – изумилась Зайка.
– Потому что ты перепутала выключатель с милицейской «подключкой»! – заорала Маня.
Через десять минут прибыл дребезжащий «газик». Из его нутра выбрались… Соловьев Дмитрий Юрьевич и Павел. Я не удивилась.
– Что теперь? – безнадежно поинтересовался Соловьев.
– Все в порядке, простите, пожалуйста, – я принялась извиняться.
– Привидение больше не бегает?
– Нет.
– Никто в аквариуме не тонет?
– Нет, нет.
– И убийцы с пистолетом не наблюдается? – остроумничал Павел. – Вообще ничего? Полный порядок? Да быть того не может!
Я развела руками:
– Бога ради, извините. Больше в магазине ночевать не будем. Домой едем.
