И я могу лишить членства всех, кого захочу, — говорит он, прищурившись и удерживая Райатта в плену своего смертоносного взгляда.
Кажется, проходят долгие, мучительные секунды, прежде чем Айзек, наконец, поворачивается ко мне и давит на поясницу, заставляя двигаться, затем, когда мы почти доходим до двери приватной комнаты, он опускает голову, наклоняясь ко мне.
— Я не хочу, чтобы ты связывалась с этим мудаком.
— Я и не собиралась.
— Я серьезно, Аспен, — говорит он с резкостью в голосе. — У него фетиш на женщин, которые кажутся чистыми и невинными, и ты более чем привлекла его внимание. Каждый раз, когда ты была здесь, он подходил к тебе, и скоро наступит момент, когда он перестанет быть таким вежливым. Пока ты здесь, тебе нужно быть осторожной с ним. Не вступай с ним в разговоры.
— Я просто была вежлива… подожди, — говорю я, хмуря брови, когда переступаю порог приватной комнаты. — Откуда ты знаешь, что он подходил ко мне каждый раз?
— Записи с камер наблюдения, — говорит он мне, указывая на камеру в углу комнаты. — После твоего первого визита сюда Остин настоял, чтобы я удалил все свидетельства твоего пребывания здесь. Ты привлекла внимание Райатта, как только вошла.
— О, замечательно, — говорю я, когда дверь за нами закрывается. — У нас есть секс-видео. Как раз то, чего я всегда хотела.
Айзек закатывает глаза.
— Поправка. У нас было секс-видео. Сейчас его нет. Никто не увидит тебя такой.
— Черт, — говорю я с тяжелым вздохом.
Его брови хмурятся.
— Разве ты не должна быть рада этому?
Я пожимаю плечами.
— То есть, технически — да. Но та ночь была такой…ну, знаешь. Разве было бы совсем ужасно смотреть на это? Может, и нет.
Взгляд Айзека темнеет, и он тянется ко мне, вращая в своих объятиях, пока я не прижимаюсь спиной к его груди, как он делал в прошлый раз, когда мы были здесь. Его губы опускаются к моей шее, медленно поднимаясь вверх, пока не достигают чувствительной кожи чуть ниже моего уха.
— Ты бы возбудилась, Аспен, наблюдая за нами вот так? — спрашивает он, его руки скользят по моей талии и бедрам, не останавливаясь, пока он не достигает подола моего черного платья на внутренней стороне бедра.
Дрожь пробегает по моей коже, а грудь вздымается от предвкушения.
— Ммм-угу.
Его губы продолжают скользить по моей коже, но я изо всех сил пытаюсь расслабиться, слишком хорошо осознавая, что позади меня стоит Айзек.
Боже, все было намного проще, когда я думала, что не знаю кто он.
— Ты напряжена, — бормочет Айзек, его пальцы касаются мягкой кожи моих бедер, и по моей коже пробегает волна мурашек. — Ты нервничаешь.
— А разве я не должна?
— Не то, чтобы мы этого уже не делали.
— Да, но я не знала, что это ты.
— Мы всегда можем остановиться, пока это не зашло слишком далеко.