Найдя аспирин, я заваливаюсь на диван, и когда тянусь за пледом, где-то в спальне звонит мой телефон. Застонав, я встаю, иду в свою комнату и нахожу свой телефон на прикроватном столике, все еще подключенный к зарядному кабелю.
Обходя кровать сбоку, я подхожу к прикроватному столику и смотрю на свой телефон, а мое сердце замирает, когда на экране высвечивается имя Айзека.
Раздается звонок, и в тот момент, когда звук стихает в моей комнате, я выпускаю дыхание. Разговор с ним только усугубит ситуацию. Мне нужен день или два, чтобы залечить раны, но все сводится к тому, что эта история с Айзеком… Я должна покончить с ним. Только я не уверена, что у меня хватит сил физически произнести эти слова.
Схватив телефон, я разворачиваюсь на пятках и направляюсь обратно к дивану, но, прежде чем я падаю на мягкую подушку, мой телефон звонит снова. Вопреки здравому смыслу, я издаю тяжелый стон и принимаю вызов.
— Тебе что-то от меня нужно?
— Ты сказала Бекс? — спрашивает Айзек, и в его тоне звучит недоверие.
— Ты издеваешься надо мной? — спрашиваю я, а мои глаза расширяются от наглости этого человека. — Ты действительно хочешь поговорить об этом? Иди на хуй, Айзек.
Ярость наполняет мои вены, и, прежде чем он успевает произнести хоть слово, я заканчиваю разговор, бросаю телефон на диван, и прижимаю руки к вискам, пытаясь не закричать.
Я говорила это раньше и уверена, что повторю еще миллион раз: Айзек Бэнкс невозможен. Черт, если бы я знала, что быть женщиной, от которой он сейчас получает удовольствие, сведет меня с ума, возможно, я бы пересмотрела свою пожизненную влюбленность в этого мудака."
"Телефон звонит снова, и я сжимаю челюсти, зная, что должна игнорировать его, но в моих венах осталось слишком много духа борьбы. Если он хочет разобраться во всем, то я только ""за"". Схватив телефон, я нажимаю ""Принять"" и прижимаю его к уху, но, прежде чем я успеваю придумать кучу оскорблений в его адрес, он опережает меня.
— Ты только что бросила трубку?
— Конечно, бросила, — бросаю я ему в ответ. — Ты мудак, и я с радостью сделаю это снова.
— Просто… блядь! Не вешай трубку, ладно? Я просто… Я не понимаю, что, блядь, с тобой происходит. В одну минуту ты была увлечена этим, а в следующую — вылетела через гребаную дверь. Опять. Я думал, мы это обсудили. Если тебе есть что сказать, то, блядь, говори.
— Ха, — усмехаюсь я. — Отвечу тебе тем же.
— Что, черт возьми, ты хочешь этим сказать?
Он что, серьезно? Неужели он действительно не видит, что между нами происходит, не может вытащить голову из задницы, чтобы понять, что все начинает меняться, что он влюбляется в меня так же сильно, как и я влюблена в него? Но, черт возьми, если он хочет игнорировать это, то так тому и быть.