— Теперь, что насчет тех каблуков? Ты все в них?
— Да."
"— Сними их. Я знаю, это кажется неправильным, но, если тебе нужно бежать, я хочу, чтобы ты была уверена в своей опоре. Ты не можешь рисковать упасть. Сними их и спрячь за собой в кустах.
В трубке становится тихо, и я могу только предположить, что она снимает каблуки.
— Я… — она судорожно втягивает воздух, полный ужаса.
— Что случилось, детка? Ты в порядке?
Она продолжает молчать.
— Он там? — спросил я.
С ее губ срывается почти неслышный писк, и я крепче сжимаю руль, костяшки моих пальцев белеют, когда я подлетаю ближе к колледжу.
— С тобой все будет в порядке, — обещаю я ей. — Не издавай ни звука. Просто слушай мой голос. Я почти на месте.
Она шмыгает носом в ответ, и частичка моей души рассыпается в прах.
— Шшш, малышка. Положи большой палец на кончик ручки, чтобы она не выскользнула у тебя из пальцев, если тебе понадобится ею воспользоваться. Держи ее крепко.
Она хнычет, и я понимаю, что должен что-то сказать, чтобы успокоить ее и не дать ей сойти с ума. Ей нужно быть спокойной и держать себя в руках на случай, если дело дойдет до борьбы за ее жизнь.
— Прости, что причинил тебе боль, Аспен. Это последнее, что я когда-либо хотел сделать, но в тебе есть что-то, что сводит меня с ума. Мы как огонь и лед, Птичка. В ту секунду, когда ты смотришь на меня, у меня по коже бегут мурашки, и я просто жду того дня, когда ты поймешь, что меня никогда не будет достаточно для тебя.
Я тяжело сглатываю, не представляя, насколько уязвимым буду чувствовать себя после такого признания.
— Ты была права вчера. Я гребаный трус, и когда я погрузился в тебя в “Вишне”, это было намного больше, чем просто быстрый трах.
Она судорожно втягивает воздух, и я морщусь, нуждаясь в том, чтобы она вела себя как можно тише.
— Ты не представляешь, как, блядь, сильно я хочу дать тебе все, чего ты всегда хотела. Я ненавижу причинять тебе боль и постоянно отстраняться. Ты такая чертовски красивая, Аспен. Еще до того, как все это началось, я всегда так думал, и я всегда так многого хотел для тебя. Я хочу защитить тебя и увидеть, как ты получишь весь гребаный мир, и, если я буду до конца честен, я думаю, что это одна из причин, по которой я так часто ссорюсь с тобой. Мне нужно, чтобы ты увидела, что я недостаточно хорош, и когда мы кричим друг на друга, это удерживает меня от того, чтобы сказать то, чего, я знаю, не должен. Это удерживает меня от признания, насколько чертовски сильно я хочу тебя.
— Айзек.
Ее голос едва слышен, он просто подтверждает то, что она действительно слышит меня.
— Я почти на месте, детка. Просто держись там.
— Где ты, Красотка? — я слышу голос. — Выходи, выходи, где бы ты ни была. Я знаю, что ты здесь. Я просто хочу поиграть.