Я приехал в лесистое поселение под названием Воронье Гнездо на летний отдых, где оказался не просто запертым внутри себя, но и окружённым тёмной магией и древними тайнами. Здесь каждый камень мог говорить о давно исчезнувших жителях, а каждое деревце притягивало к себе старые истории....
– А может, пить меньше надо, чтобы белочка на горизонте не маячила?
– Вот наглец! Ты еще будешь указывать взрослым, как жить! А сам чего в подвале делал?
– Не ваше дело! Просто продайте мне эту чертову шоколадку, и я пойду!
Я разозлился не на шутку, и продавщица, поняв это, тут же умолкла."
"Она приняла у меня купюру, отсчитала сдачу и вручила ее мне вместе с покупками. Делала все молча, но когда я выходил, то услышал, как она пробурчала:
– Ваньки Толстого нам будто не хватало, так еще один хулиган приехал.
Это сравнение и вовсе заставило меня внутренне вскипеть.
* * *Лидера нашей группы нашел там, где и планировал, – у могилы Катюхи во дворе ее отчего дома. Глеб сидел на пеньке, уперев локти в колени и зажав голову руками. Плачет, решил я, и злость тут же отступила. Я недолго знал Глеба, но, казалось, уже изучил его характер вдоль и поперек. Поэтому мне было крайне сложно видеть его таким разбитым. Глеб в моих глазах был необычайно стойким, самоотверженным храбрецом с острым умом.
– Привет.
От моего голоса Глеб вздрогнул. Он шмыгнул носом и, быстро вытерев слезы с лица, встал. Мы пожали друг другу руки.
– Чего это ты вдруг пришел сюда? – хрипло спросил Глеб.
– Хотел поговорить.
– Мм, ну, говори тогда.
Глеб засунул руки в карманы шорт и уставился на невысокий земляной холмик, под которым покоилось тело Катюхи.
Я не знал, как завести разговор о том, что меня беспокоило.
– Я не спешил сюда приходить, потому что не хочется верить, что ее больше нет… Кажется, вот-вот она прибежит и начнет бросаться нравоучениями. Только Катюха могла сказать мне, что я балбес, и я беспрекословно верил ее словам. Такая мелкая, а смышленая и крутая.
– Это точно, – грустно улыбнулся Глеб.
– Катюха желала тебе счастья. И любила тебя.