Инженер Василий Меркурьев приезжает в тихий отель на морском берегу, чтобы спокойно отдохнуть. Но вместо долгожданного отпуска его ждут загадочные события и опасные приключения. Среди постояльцев отеля скрыты тайны, а каждый день приносит новые неожиданности, грозящие превратить мирный...
— Хорошее такое пальто…
Они договорились встретиться у подъезда между липами, так романтично это звучало — между липами! Меркурьев, лихорадочно собираясь, всё вспоминал, как они целовались, как он её держал, как она пахла и как двигалась, и совершенно не остывал, а, наоборот, распалялся.
Когда он выскочил на улицу, Мура бродила по брусчатке в некотором отдалении, смотрела себе под ноги и, кажется, что-то бормотала.
Распалившийся Василий Васильевич встал как вкопанный и уставился на неё.
Она была в коротком сером пальто, голубой клетчатый шарф намотан кое-как. Ноги в чёрных джинсах казались бесконечными. Волосы заправлены за уши, как у девочки.
Мура, подумал Василий Васильевич. Вот она какая.
Он подошёл к ней, снова взял за подбородок и поцеловал. Невозможно было удержаться.
— Вася! — возмущённо прошипела Мура, когда он её выпустил.
Стукнули тяжёлые двери, и они одновременно оглянулись.
Из дома выходила Лючия, укутанная в меха и шелка, на ходу надевая тёмные очки, хотя солнца никакого не было, низкие тучи наползали с моря, и казалось, вот-вот пойдёт снег.
— Вы с девушкой, — проговорила Лючия низким голосом. — Это приятно. Познакомьте нас скорее.
Василий Васильевич весело сказал, что знакомить их нечего, они знакомы, в одном доме живут, в одном месте обедают.
Лючия перевела взгляд на Муру и медленным движением сняла очки.
— Нет, не узнаю, — сказала она, рассматривая Муру. — Впрочем, что-то знакомое есть, я вас где-то видела…
— Я Антипия, — призналась Мура. — Это моё второе имя."
"Лючия так удивилась, что вытаращила глаза и чуть не уронила очки.
— Нет, этого не может быть! Впрочем, всё возможно. — И она расхохоталась. — Нет, какие разительные перемены! Это всё благодаря вам, Василий?
— Мура любит представать в разных ипостасях, — проинформировал Меркурьев. — Сколько нам добираться до города?
Лючия ответила, что минут сорок, и они погрузились в белый «Кадиллак» следующим порядком — Лючия за руль, Мура назад, а Меркурьев рядом с Лючией.
Хозяйка машины так распорядилась.
Ехал Василий Васильевич преимущественно спиной вперёд, лицом к Муре. Он моментально соскучился, оказавшись рядом с Лючией и так далеко от Муры, — «Кадиллак» был просторен, широк и длинен, и Мура сидела словно в отдалении.
Лючия разговаривала с Меркурьевым, а он разговаривал с Мурой, и хозяйка машины в конце концов рассердилась.
— Сядьте как положено, Василий, — велела она довольно резко. — Нас сейчас оштрафуют.
