И снова ночь накидывает темный покров над город. Звезды прячутся за обветшалыми крышами домов, словно ожесточенные битву с ночью. В этом холодном свете крепость выглядит еще более массивной и напугающей. Большая луна поднимается в небо, ее свет придает городу загадочный оттенок....
Серега мог появиться в любую минуту, поэтому времени оставалось в обрез. Илья понял, что Настя не отлипнет от девчонок и шансов поговорить с глазу на глаз нет. Он, скрепя сердце, обратился к ней:
- Балашова, можно тебя на минутку. Я хотел с тобой поговорить.
- Нам не о чем разговаривать, - сухо отрезала девочка.
- Пожалуйста. Это важно.
- Говори при всех. В компании секретов нет.
- Нет, я должен сказать это лично тебе, - настаивал Илья. Он не собирался устраивать публичное покаяние.
- В любви, что ли, признаться хочешь? - съязвила Настя.
- Я к тебе серьезно, а ты… - с укором произнес Илья.
- Хорошо, давай выйдем, - согласилась девочка.
Она бросила взгляд на ребят, будто заручаясь их поддержкой, и пошла за Ильей. Как только они вышли из класса, Люся Приходько заговорщически произнесла:
- Видели? Все сходится. Один на один работает. Наркоманы всегда так втягивают людей.
- Вы что, совсем дуры? Стал бы торговец наркотой в первый же день в школе светиться! Тоже мне, нашли наркодилера, - усмехнулся рассудительный Паша Бойко.
- Ты что? Я собственными ушами слышала, что его за это из школы исключили, - с жаром заверила Люся Приходько. - Он сам признался, что наркоман и наркотиками приторговывает. У него мать целыми днями бьется в истерике, он так и сказал. Наверно, бедняжка уже потеряла всякую надежду вылечить сына.
- Ты, Бойко, помолчал бы, если не знаешь, - поддержали Люсю девчонки.
Накануне Приходько полдня просидела на телефоне, и к вечеру вся прекрасная половина класса была в курсе, что Кречетов - фрукт почище Бережного.
- Интересно, почему он выбрал Балашову? - задумчиво произнесла Люся.
- А тебе завидно? - засмеялся Паша.
- Вот еще, - фыркнула девчонка.
Настя и сама сгорала от любопытства, о чем ей хотел поведать Кречетов. До сих пор ей не приходилось иметь дело с наркоманами, однако теперь, когда она знала, кто такой Илья, Настя «безошибочно» заметила в его внешности губительные признаки употребления зелья. Даже худоба Ильи приобретала в ее глазах зловещий, болезненный оттенок.
Оставшись с Балашовой один на один, Илья не стал тянуть резину и сразу выпалил то, что его мучило:
- Я хотел тебе сказать про Серегу Бережного. Он никакой не уголовник, и из школы его не выгоняли. Его родители квартиру поменяли, и они переехали в наш район. Я пошутил про то, что он парня зарезал.
- Так ты еще и шутник? - Настя не удержалась от ехидства и презрительно добавила: - Дурацкие у тебя шуточки.
- Согласен.
