В раннем послевоенном мире, когда мирные дни еще казались неотъемлемой частью повседневной жизни, в госпитале за предместью Праги собирались раненые и сводились к лекарям. Несчастный случай в деревушке Неженка стал символом ушедшего война, когда пуля прошла навылет через плечо одного из воинов. Атмосфера здесь была дружественной, но все еще напряженной: мир неожиданно вернулся, и раненым приходилось жить в условиях чуда и обычая....
Где этот хренов ориентир, о необходимости которого вроде бы позаботились?
— Командир, сюда, вот решетка…
Технический лаз в недра подземелья. Должны успеть! Подгонять не требовалось — Звягин уже карабкался внутрь. Ползли, как кроты, задыхаясь, упираясь ногами в неровности стен. Тлеющий шнур стоял перед глазами, заставлял забыть об усталости… Пара изгибов, вертикальная лестница, коридор, в который они выскакивали с выпученными глазами. Никого… Снова переход, знакомый люк… Обратная дорога всегда короче! Они неслись, как угорелые, по знакомой штольне.
Вдруг земля задрожала, послышался отдаленный глухой рокот — как будто приближалась гроза с раскатами грома! Под горой рокотал какой-то монстр, рвал в куски подземные полости, крушил каменную твердь.
— Ни хрена себе погуляли… — пробормотал помертвевшими губами Звягин.
— Леха, валим, на хрен, сейчас все посыплется…
Они вонзились в лес и стали продираться через кустарник.
— Мужики, я здесь… — выбрался из-под вывороченного дерева живой, но отнюдь не здоровый Рома Окулинич. Он умудрялся сжимать автомат, на разорванном рукаве красовалась повязка, пропитавшаяся кровью. — Мужики, вы какого хрена там учудили…
В районе горы уже творилось что-то страшное. Монстр бесился внутри горы, бил кувалдой по недрам…
Они тащили раненого, потом Верест оставил товарищей, пробился сквозь кустарник, игнорируя порезы, и забрался в амфибию, которая благополучно их дождалась.
"Амфибия покатилась по склону, круша молодые деревца.
Павел зачарованно смотрел назад. Открывался вид на громаду, в глубинах которой царил ад.
