Макар вышел к нужному дому под мрачным небом. Улица была окружена тенями, словно волна густой темной дымки покрывала проезжую часть и скатывалась по стенам домов. Вдали слышались лишь чужие шаги и легкие стрекотания собаки - последнего обитателя этого заброшенного уголка города....
Возвращаясь в дом, чтобы обыскать его, Макар почти не сомневался, что под лестницей – или за стенной панелью – должен найтись магнитофон. Он чувствовал, что объяснить происходящие загадочные события можно только чьей-то злой волей, а значит, должно существовать техническое решение по воплощению в жизнь «духов дома».
С видимыми «призраками» дело обстояло, по убеждению Илюшина, еще проще: один раз женщину в белом видела Заря Ростиславовна, один раз – он сам, когда выбежал с чердака. Макар абсолютно точно знал – перед ним был живой человек.
Но в комнату Ларисы Макар отправился, не догадываясь, что может здесь обнаружить, – скорее по привычке проверять все, что только возможно.
Платья, рубашки, свитера – все находилось в таком же порядке, какой Макар наблюдал в шкафу брата-близнеца Ларисы, разве что отсутствовали чехлы для одежды.
Впрочем, задавая себе этот вопрос, Илюшин не слишком долго раздумывал над ответом: он предполагал с большой долей уверенности, что у Ларисы есть друг, и имя его Макар собирался выяснить в ближайшее время.
Он закрыл шкаф, пошел к двери, доставая связку из кармана, и вдруг услышал, как в замке проворачивается ключ.
Беззвучно выругавшись, Макар бросился к окну, окинул молниеносным взглядом улицу и вылез в приоткрытую створку, перекинул ногу через перила крошечного бутафорского балкончика, надеясь, что старое дерево выдержит его вес, а на улице не будет любопытных прохожих.
