Максим не забывал следить за знаками, которые может подать едущий на мотоцикле Сосновский. Самое главное, не пропустить знак атаковать. Ему там виднее впереди, когда ситуация выйдет из-под контроля и не останется иного выхода, кроме как прорываться силой оружия.
Везение кончилось через пять километров. Шелестов взял бинокль и приложил к глазам. Так и есть. Дорога перегорожена шлагбаумом, рядом стоит бронетранспортер, по другую сторону мешками с песком выложена позиция пулеметчика. Чуть в стороне такими же мешками выложены высокие стены, перекрытые сверху брезентом и маскировочной сеткой. Все это не случайно. Видимо, проезд в этом направлении потребует определенного пароля, пропуска, разрешения. Максим повернул голову в одну сторону, в другую. Никаких второстепенных дорог от шоссе не отходило вплоть до самого пропускного пункта. Разворачиваться на дороге? Но это будет означать, что мы подозрительные и за нами начнется погоня, или по рации они передадут требование о задержании. Выход? Какой выход? Вот и Сосновский в мотоциклетной коляске оборачивается, ждет решения, приказа.
Атаковать в лоб? Впятером? Да их тут человек пятьдесят. И три бронетранспортера. От такой погони не уйти. И рация здесь у немцев есть наверняка, перехватят, зажмут – и конец. У нас всего лишь несколько противопехотных гранат. Ни одной противотанковой не осталось. Шелестов готов был уже приказать остановиться, но тут решение пришло само.
– Борис, быстро! Привязывай к канистре с бензином гранату! Будем прорываться! Когда поравняемся с бронетранспортерами, дергаешь шнур и выбрасываешь канистру.
Поднявшись во весь рост, Шелестов передал Сосновскому знак «прорываемся». Наверняка Михаил не понял, что задумал Максим, но приказ есть приказ. В бой – значит в бой. Он что-то сказал Майснеру, тот, склонившись, выслушал и кивнул. Мотоцикл и бронетранспортер приближались к посту. Шлагбаум был опущен. Майснер продолжал ехать, сбавляя скорость. Шелестов пытался понять, что задумал Сосновский. Черт, шлагбаум довольно низко над землей, и даже на мотоцикле под него не поднырнешь. Сбить деревянный раскрашенный брус можно только на машине, да и то на грузовике. Ну и на бронетранспортере, конечно.
К шлагбауму вышел офицер. Солдат с автоматом стоял у шлагбаума, ожидая приказа поднять его. Второй топтался возле небольшой постовой будки. Остальные солдаты, кого мог увидеть Шелестов из бронетранспортера, укладывали мешки с песком, возводя из них стены под натянутым брезентом.
