Вечер превращается в нечто мистическое и загадочное, когда персонаж оказывается в центре непонятных явлений. Марта, уставшая от выбора жизни, погружается в мир призраков и теней. Огонь на полуслове становится не просто источником тепла, но и свидетелем странных событий, которые тянут её вглубь бесконечной дымки....
Март нетерпеливо сжал челюсти: он что, задал такой сложный вопрос?
– Так это… – растерялся под его пристальным взглядом Ларс. – Дня три, кажись. Я же не слежу…
Март выругался, не сдержался.
Немудрено, что Ризаль рвет и мечет, почувствовав возвращение подопечного и приняв его отсутствие за самоволку.
Ларс все еще топтался за стойкой, во все глаза глядя на обычно спокойного и сдержанного постояльца; его рука так и замерла на золотистом боку чайника.
– Спасибо, – рассеянно пробормотал Мартин и двинулся к двери.
Жена Ларса, как раз расправлявшая на окне шторы, инстинктивно сделала шаг назад, увеличивая между ними расстояние; повторила святой знак перед своим лицом.
Обычно Март не реагировал на ее выходки – не она первая, не она последняя. Но сегодня он пребывал под впечатлением от истории матери и сына.
Одни знаки изображают, другие, не понимая их силы и опасности, рисуют где ни попадя…
– Да хватит уже! – рявкнул маг на пятящуюся женщину так, что та вросла в пол, вытянув руки по швам. – Осточертело. – Хлопнул дверью.
Прилипчивые эти черти, он же говорил.
– Где ты был?! – Когда он появился в кабинете Ризаля, тот даже вскочил и кинулся навстречу, чего с ним раньше не случалось.
Не уловив, собирается контролер обнять его или задушить, и опасаясь как того, так и другого, Март на всякий случай выставил перед собой руки.
– Спокойно, я все объясню.
Ризаль и правда словно напоролся на невидимую стену, даже смутился. Похоже, вскакивая из-за стола и бросаясь навстречу, он сам толком не решил, зачем это делает.
Наконец контролер определился с линией поведения и сурово сдвинул светлые редкие брови.
– Объясни уж, будь любезен, – припечатал подопечного взглядом и уже спокойно и даже излишне медлительно прошествовал к столу.
Мартин набрал в легкие побольше воздуха. Врать – так вдохновенно. А собирался он именно врать.
– Меня похитили.
Ризаль, устроившийся за столом и успевший подпереть кулаком щеку, изумленно выпрямился и моргнул.
Март мысленно усмехнулся: эффект достигнут.
– А ты к ауре присмотрись.
Ризаль недоверчиво нахмурился; затем прищурился вглядываясь.
Мартин только надеялся, что не ошибся в своих выводах. Жаль, что собственную ауру увидеть невозможно.
– Черт, да она у тебя вся в дырках, как у покойника! – наконец ахнул контролер. Его глаза запылали любопытством. – Рассказывай.
Как у покойника, значит? А ведь заклинание из книги и правда чуть его не убило.
