— Как ты? Выглядишь так, будто мэтр Ангин испытал на тебе какое-нибудь снадобье.
— Так я и думала, что зеленый бутылек был лишним! — досадливо машу рукой, осознав, что стала-таки жертвой очередного эксперимента нашего врачевателя. — Давненько я так не попадалась. Курса с третьего.
— Забудь, — морщится проклятийница, явно вспомнив что-то свое, — Чашечку шокола?
Протягивает мне точно такую же, как и на столе перед ней, чашку, только полную.
— С удовольствием! — соглашаюсь.
Втягиваю ноздрями густой сладко-ореховый аромат. Шокол благотворно действует после потрясений. А уж отборный шокол, который привозит из дома Гейл Мандрейдж, тем более. Это божественный напиток, жалко в нашей столовой ничего подобного адептам не подают.
Некоторое время мы молча наслаждаемся напитком и маленькими печенюшками. Их как выяснилось, принес Даманн, пока меня не было. А затем принимаемся обсуждать дуэль.
— Ты отлично сражалась, Ирис, и заслужила победу. Адепты просто в шоке от того поступка Руфуса. Поговаривают, он слетел с катушек из-за Люсиль. Берки собиралась его бросить и за глаза называла слабаком и отродьем, а он узнал.
— Ого! Вот это новость! Тоже Рыжий?
— Угу. Ты же знаешь, как легко он втирается в доверие, особенно когда козыряет перед девушками дружбой с Гасом?
Усмехнувшись, киваю и устраиваюсь поудобнее на диване, подогнув под себя ноги.
— Даже если эти слухи верны, все равно это не оправдание для такого поступка. Маклюс нарушил закон. Думаешь, Стерва станет его защищать?
Вопрос очень меня интересует. Слишком уж беспокоит намек на грядущий разговор с Войси-Лауди с глазу на глаз.
Проклятийница жмет плечами:
— На ее месте, я бы пожертвовала племянником. Ни к чему такое пятно на репутации. Она может лишиться должности, если дело дойдет до императорского совета магов. А оно дойдет. Как дочь Фиолетового Луча гарантирую, даже внуку одного из императорских Лучей подобное не спустят с рук. На твоем месте мог оказаться кто угодно.
— Спасибо, что вступилась на арене и сейчас поддерживаешь, — благодарю подругу. — Но ты бы поосторожней с угрозами, Гейл. Сама знаешь, что грозит проклятийнику за подобное поведение.
Гейл легкомысленно усмехается.
— Как считаешь, Маклюс использовал какой-то артефакт, чтобы заблокировать духа арены? Ты ничего такого не заметила?
— Неожиданно… Но я не видела, когда бы он мог это сделать. Хотя, если готовился заранее, должен был все продумать. Но с чего ты взяла, что именно он заблокировал распорядителя?
Мандрейдж демонстрирует сообщение от некроманта в зачарованном блокноте. Раз Тамбертон-Экрю так говорит, это точные сведения.