Автор
Ольга ожидала романтического свидания с любимым мужчиной, но вместо радуши и уюта стол перед ней был наполнен обычным бургером. Ее изящество и красота не приносили удовлетворения, а только вызывали раздражение. Телефон звякнул снова, прерывая ее мечты о сладкой встрече — звонил мужчина-идиот, называющийся «Злая сосака»....
Куда ты меня тащишь? — приподняв голову увидела, что Артём несет меня не к своей машине, как я предполагала, а за кафе. Веселья как-то поубавилось. Сейчас он точно скинет меня в мусорный бак прямо со своего плеча. — Отпусти!
— Тебя? В таком платье? Я еще по нему не прошёлся как следует, — наконец, сказал он хоть что-то.
Прикусила губу, чтобы спрятать улыбку. Угол зрения поменялся, когда, слегка наклонившись, Артём поставил меня на асфальтированную площадку за кафе и, обхватив пальцами талию, заставил прижаться к стене.
Я тут же нахмурила брови, напустила на себя самый разъяренный вид, будто была готова драться.
— Что ты там хотела у него потрогать? — холодно выронил Пряник, испепеляя меня взглядом.
Серые глаза будто стали темнее. Яркие молнии, отражающиеся в них, так и подстегивали меня подёргать тигра за усы еще немного.
— Он сказал, что у него твёрдый, — гордо вскинула я подбородок, продолжая бесстрашно смотреть в глаза очень злого Артёма. — А я люблю всякое твёрдое трогать.
"— Любишь трогать всякое твёрдое? — ни то с рыком, ни то с хрипом вырвался из груди голос Артёма. — Ну, давай. Потрогай, — сказав это, он взял меня за руку и, совершенно не мешкая, положил ладонью на свою ширинку. Плотно прижал. — Ну, как? Достаточно твёрдо?
Более чем. Пиздец как твёрдо.
К моим щекам и шее прилил жар. Очень хотелось отвести глаза в сторону, одёрнуть руку и забиться в уголок, чтобы пережить психологическую травму, заработанную только что, но природная упертость заставляла продолжать держаться за Пряничный член и смотреть ему в глаза.
— Вообще-то, под чем-то твёрдым я подразумевала пресс или… каменное сердце, на крайний случай…
— А держишь каменный хуй.
— Спасибо, что уточнил, а-то я начала думать, что ты вперед обосрался.
На суровом лице лишь на мгновение мелькнул намёк на улыбку. Я сама едва удержалась от того, чтобы не рассмеяться. Но снова напустила на себя суровый вид.
— Ну, всё. Пожали друг другу всякие подробности, и хватит, — одернув руку, я попыталась просочиться мимо Артёма, но он поймал меня за талию и вернул на место у стены напротив себя.
— Хочешь ещё за чей-то член подержаться?
— Ревнуешь? — чуть наклонив голову набок, я не выдержала я ехидно улыбнулась.
— Для того, чтобы ревновать, нужно испытывать и другие чувства, а ты меня только бесишь.
— А! Ну, тогда пока, — стало обидно.
