Автор
В магазине заботливая жена отыскала подарок для своей дочери. Но вместо свитера и платья — это оказались предметы взрослой жизни: шампуни для волос мужа, зубpaste для деток и даже крем для кожи черной икры. Сюжет развивается вокруг этой нелепой покупки, вызывающей смех и размышления о реальных приоритетах в материальном мире....
А ведь впереди у нас одиннадцать лет!
Глава 8
Вернувшись домой, я поднялась на пятый этаж, позвонила в дверь к Цыганковым и сказала открывшему дверь Зиновию Павловичу:
– Добрый день. Разрешите с вами побеседовать?
Профессор прищурился.
– Рад вас видеть. Простите, что стою перед вами в халате. Никак не ожидал гостей в столь ранний рассветный час.
– Не хотела вас разбудить, но дело не терпит отлагательства, – сказала я, удивляясь тому, как поздно восходит для профессора солнце, на часах-то уже обеденное время.
– Видите ли, уважаемая, извините, не знаю вашего имени-отчества… – запел доктор наук. – Да, я заведую кафедрой, но вопросов о приеме в аспирантуру не решаю. Если ваш ребенок не получил рекомендацию от кафедры, ничем помочь не могу. И вы опоздали с хлопотами, сейчас уже октябрь. Все решения приняты, приказы подписаны.
– Зиновий Павлович, наденьте очки, – попросила я.
Цыганков похлопал себя по бокам, вытащил из кармана очки, посадил их на нос и воскликнул:
– Евлампия Андреевна! Доброе утро! Проходите, пожалуйста.
Я молча шла за хозяином, старательно сохраняя на лице вежливую улыбку. Зиновий спутал меня с женщиной, чей отпрыск не поступил в аспирантуру.
– Чайку? Кофейку? – пел хозяин, усаживая меня в гостиной. – Правда, Верусеньки нет, она улетела на фэшн-неделю в Милан.
– Зиновий Павлович, – перебила я его, – не хочу отнимать у вас время, поэтому без долгих церемоний спрошу. Вы знаете, что случилось с Надеждой Владимировной?
– Надежда Владимировна… Надежда Владимировна… – забормотал профессор. – Ах, Надежда Владимировна! Ну конечно! Она позавчера с блеском защитила докторскую.
– Я о Реутовой, нашей соседке со второго этажа, – уточнила я.
Собеседник засмеялся.
– Я весь в работе, первая мысль в голове о коллеге. Надежда Владимировна – не редкое имя. С Реутовой я иногда пересекаюсь в лифте. Приятная дама, собачка у нее милая.
– Она умерла, – продолжала я.
– Да что вы говорите! Жаль псинку, – пригорюнился Цыганков. – Увы, век домашних любимцев короток.
