Лекарь Санашая Сареш сталкивается с трагическим выбором, когда его мир и природа страдают от невидимой угрозы. В ходе событий раскрываются тайны о силе, которую может владеть ребенок, и опасные клятвы, связанные с Равновесием. Напряжение нарастает вокруг судьбы персонажей и их борьбы за выживание.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Про то, как вредно спасать драконов»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Лекарь Санашая Сареш сталкивается с трагическим выбором, когда его мир и природа страдают от невидимой угрозы. В ходе событий раскрываются тайны о силе, которую может владеть ребенок, и опасные клятвы, связанные с Равновесием. Напряжение нарастает вокруг судьбы персонажей и их борьбы за выживание.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Лекарь Санашая Сареш сталкивается с трагическим выбором, когда его мир и природа страдают от невидимой угрозы. В ходе событий раскрываются тайны о силе, которую может владеть ребенок, и опасные клятвы, связанные с Равновесием. Напряжение нарастает вокруг судьбы персонажей и их борьбы за выживание.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я уже хочу посмотреть на остальных членов группы, есть у меня смутное подозрение, что и они порадуют меня оригинальностью.
Мои мысли метнулись в сторону другой компании. Интересно, как там мои дорогие некроманты поживают? Нужно будет весточку им отправить. Вот только ту весточку еще сотворить надо, а магии во мне не так уж и много, только на щит и хватает. Одна радость, голос возвращается, из чего делаем вывод — жизнь не так уж и плоха. Я потерла ноющие шрамы на запястье.
Краем глаза я замечаю, оглядывающегося по сторонам Диля.
— Что-то не так? — осторожно спрашиваю я. Мне уже делать испуганные глаза или можно пока не напрягаться?
И тишина была мне ответом. На меня, конечно, обратили внимание, и даже посмотрели как-то странно. Но мне это ничего не дало.
— Диль, — наш предводитель кинул взгляд через плечо.
— Ничего. Но затылок ноет, — я чуть не рухнула с лошади, но на этот раз зверюга не была виновата. Наблюдая за напрягшимся Алаком, понимаю, что ничего не понимаю.
— О чем вы? — мне очень любопытно.
— Тебя это не касается, — отрывисто бросили мне. А вот хамить не стоит.
— Но я же лекарь, по контракту я обязана предоставить свои услуги нуждающимся в них членам команды.
— Смею вас заверить, что ноющий затылок это симптом как минимум пяти различных заболеваний, — либо мне сейчас кляп в рот сунут, либо ответят, наконец.
— Возможно, за нами следят, — ответил остроухий после недолгой паузы. Судя по всему, он уже понял, что сдаваться, не добившись своего, я не собираюсь.
— И все? — я была искренне разочарована.
Парни переглянулись. Мы поравнялись, благо дорога позволяла, и теперь ехали ровной шеренгой, меня они зажали посередине. Боялись, что попытаюсь сбежать? Так я себе не враг, контракт это не шутка.
Но кто за нами следует? В словах ушастого я не сомневалась, эльфийская раса славится своими обостренными чувствами. Если эльфу показалось, что за нами следят, значит, за нами следят. Или за мной? На меня нахлынула паника. Неужели что-то пошло не так и меня уже обнаружили? Как? Кто? Почему сразу не схватили? Успокойся Сана. Дыши.
Я глубоко вздохнула и почувствовала запах чужой магии. Это Алак поисковое заклятие пустил. Ну, надо же, если бы не запах я бы и не заметила его — вот это я называю профессионализм. Судя по всему, он довольно сильный маг, слабаков в боевики не берут, а идиоты там не выживают. И почему я только сейчас начала осознавать куда влезла? На вид ему не больше тридцати, стареть маги начинают после двухсот, если доживут конечно. Продолжительность жизни мага триста лет.
Определить на взгляд возраст эльфа вообще не возможно, у них совершеннолетие наступает в сто пятьдесят. Самый старый известный мне эльф, это один их пророк, ему восемьсот девяносто два.
