Лошадь была мертва. Жестоко растерзана, потроха вывалились из вспоротого живота, а из перегрызенного горла сочилась кровь, местами видны обглоданные кости. Оборачиваюсь к своему новому транспорту.
— Таш, ты свин. Нельзя быть таким неряхой. Прибери здесь, и что б ни одна живая душа не видела. Это не эстетично.
Эта зараза опять оскалилась.
— И еще. Не вздумай улыбаться при истребителях, — недовольно буркнула я. — Я так понимаю, ты был здесь всю ночь. Меня кто-нибудь искал?
Я оперлась плечом о косяк. Криков ужаса я не слышу, значит, в стойло не заходили.
«Был. Приходил эльф. Хотел тебя разбудить. Я не дал».
— О! — мне резко поплохело, но сделав глубокий вдох, успокоилась.
Что-то сомнения меня гложут.
«Уже был твоим конем. Ту я убил позже».
— А зачем кстати? — выдохнула я с облегчением.
«Плохой друг. Глупая. Тебе не подходит».
— А ты, значит, подходишь? — отлипла я от косяка.
— Ты голодный? — и по его взгляду поняла, что сморозила глупость.
Посмотрела в последний раз на останки лошади и пошла к выходу. Жаль ли мне ее? Нет. Мне жаль Таша.
В трактир, я вошла уже бодрая, но раздраженная. Холодная вода из дождевой бочки настроения не прибавила, но запах еды плывущий по залу смог меня воодушевить. Огляделась и заметила свою компанию в полном сборе. Лица хмурые и злые. У всех. Прям бальзам на душу. Кроме них, посетителей в такой ранний час не наблюдалось.
— Привет? — ослепительно улыбнулась я. Меня окинули убийственным взглядом. Будут распылять?
— Ты… — дальше у нашего командира цензурными были только паузы.
Из его обвинительной речи, поняла, что я плохой человек. Что лучше бы он вообще без руки остался, чем так. Что день, когда он решил взять на работу такую нехорошую меня он десять раз проклял, проклятье боевого мага это не шутка. А так же, что жизнь моя с этих пор будет тяжкой и не долгой. Он, конечно, красиво излагал, но я все-таки голодная.
Он мотнул головой в отрицательном жесте.
— Выглядит и слушается она лучше? — утвердительный кивок.
— Так какого упыря ты сейчас обвиняешь непонятно в чем Лекаря собственной команды?
Он опешил, ни за что не признается, что испугался вчера. Ни команде, ни себе, ни мне. А больше причин для ссоры у нас не было, он жив и теперь здоров. Я сдержала обещание.
Я поднялась и, натянув на голову капюшон, отправилась делать заказ. Мне в спину уставились шесть пар хмурых глаз. И что опять не так? Быстренько сделав заказ, я вернулась за стол. Народ выражения лиц не поменял.
