В забегаловке на краю города, где атмосфера напоминает о забытых местах, команду полковника Багирова собрали для разговора с генералом Каручаевым. Гнев и тревога пронизывают каждое слово в дружной компании, где каждый знает значение каждой фразы.
Сердце замирает от страха: вдруг что-то случилось с братом? Становится стыдно за свое поведение, за несдержанное желание…
Забывая обо всем на свете, несусь к мобильнику.
— Да? — выдыхаю едва слышно.
— Аврора? — голос друга доносится из динамика, он мне показался напряженным.
— Тарик, я тебя слушаю, — страх сковывает горло спазмом, поэтому голос звучит непривычно хрипло и рвано. Подтянув к груди простыню, фиксирую края под мышкой, чтобы не сползали.
— У тебя все в порядке? — недовольно, с нотками раздражения.
«Вот только не надо изображать заботу! — так и вертится на языке. — Поздно ревновать! Все, что могло случиться, уже случилось!»
— Все в порядке, — выдаю совсем не то, что думаю.
На самом деле у меня куча проблем: первый неудачный сексуальный опыт, добавим к нему мою болтливость и подозрительность Севера. До сих пор ощущаю на себе его подозрительный взгляд, он словно сверлит мой мозг, пытаясь найти там ответы. Такими темпами через несколько дней он будет знать, что я Каручаева, а значит, дочь недруга.
— Тарик, как там Юра? — задав вопрос, я замечаю, как отворачивается Север, больше не смотрит на меня.
— Без изменений, стабильно тяжелый, — произносит друг. Его голос периодически пропадает, приходится додумывать обрывки фраз. Связь плохая, как и говорил Север.
Новость меня не удивила и не расстроила, я знала, что никаких быстрых изменений не будет. Сейчас нужно молиться, чтобы его состояние резко не ухудшилось.
— Чем ты занимаешься? — допытывается Тарик, слишком громко дыша в трубку.
— Ты видел, в каком состоянии дом? Чем я могу здесь заниматься? — лучшая защита — нападение. Мне только ревности не хватало. Кто ему виноват, что он оставил меня наедине с мужчиной, перед которым сложно устоять? А от его поцелуев бессовестно теряешь голову и забываешь обо всем?
— Прости, некогда было подготовить дом, мы неожиданно свалились на голову Иссама, — оправдывается Тарик. Чувствую, что ему неудобно за поведение дяди, но он не может этот открыто признать.
— Ничего страшного, — отвечаю на автомате, появляется непреодолимое желание сбросить звонок. Я уже выяснила, что хотела, все остальное — бессмысленный разговор. Да и слабый сигнал связи напрягает, приходится напрягаться, чтобы связать обрывки фраз в логическую цепочку.
— Как только мне станет лучше, а врач позволит вставать, я перееду к вам, — раздается твердый голос Тарика, сейчас все было четко слышно, но смысл слов теряется, потому что я наблюдаю за Севером.
