В Империи Тер-ли-Осан борьба за наследство разгорается вокруг второго наследника. Когда одна из наложниц, Ираидала, внезапно заболевает, в гареме начинается лихорадка. Интрига обостряется, когда пробуждённое пламя магии и судьбы девушек становятся причиной опасных перемен.
Раздел Chitat.online для книги «Пробудившая пламя» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В Империи Тер-ли-Осан борьба за наследство разгорается вокруг второго наследника. Когда одна из наложниц, Ираидала, внезапно заболевает, в гареме начинается лихорадка. Интрига обостряется, когда пробуждённое пламя магии и судьбы девушек становятся причиной опасных перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кира Вайнир Легкое чтение Любовные романы Фэнтези подборки серии
В Империи Тер-ли-Осан борьба за наследство разгорается вокруг второго наследника. Когда одна из наложниц, Ираидала, внезапно заболевает, в гареме начинается лихорадка. Интрига обостряется, когда пробуждённое пламя магии и судьбы девушек становятся причиной опасных перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На мгновение мне показалось, что я вижу каждого, как отдельный язычок пламени, кого-то ярче и сильнее, кого-то тиши и незаметнее, но всех. Ни у кого я не увидела пустоты. И это согрело. Тех, кто готов был предать, здесь не было.
Утро в нашем доме началось задолго до рассвета. Оно прокралось тихими детскими шагами и попыталось не греметь посудой.
– И вы серьёзно собирались сбежать из дома на стройку, даже не позавтракав? – я с улыбкой наблюдала, как мои дети пытались соорудить бутерброды из хлеба и холодного мяса. – Нет уж. Отпущу работать только после каши. И не надо мне строить такие просящие личики!
В результате, из дома мы вышли только через полчаса. Работы уже начались. Просто подтягивающиеся жители, которые не были заняты на других, жизненно важных для Геликарнака работах, шли и получали себе дело. Побережье всё больше напоминало разворошëнный муравейник.
В гавань начали приходить паромы с широкой палубой, напоминающие наши грузовые платформы. Они были так нагружены, что сильно проседали, и мне казалось, что вот-вот, и они черпнут воды бортами.
Ларис не только сам засел за изготовление украшений, но умудрился ещё и найти трёх мальчишек, что горели тем же даром, что и он сам. Первую партию изделий из мариона мы готовились отправить в столицу уже через пару недель.
Мне казалось, что я вернулась во времена, начала строительства красного квартала. Работы шли без перерыва. Люди сменяли друг друга. Те, кто не мог тяжело работать выполняли мелкую работу или готовили еду. Мы настолько уставали, что иногда даже не доходили до дома, а оставались ночевать в гостевых домах или у Шарги.
Однажды, когда я помогала на разломах заливать смолу в большие глиняные сосуды, я увидела, как один из таких сосудов упал и разбился. Смола из него выплеснулась, и всё вокруг разбитых черепков загорелось. Причем, потушили этот огонь с трудом.
– Вот ведь! Совсем закружились, новый горшок взяли, а намочить изнутри забыли. – Сетовал Парнас. – Хорошо, что хоть никто не пострадал!
– Парнас, а скажи мне, сколько по времени смола может находиться в неподготовленном горшке? Чтоб горшок не лопнул и не начался пожар? – перед глазами стояла картинка из школьного учебника по истории древнего мира, с иллюстрацией, как греки закидывали корабли врагов глиняными амфорами с так называемым "греческим огнем"
– Так если не разбивать хоть год лежать будет. – Удивился Парнас.
– А горшок не лопнет? – уточнила я, мысленно ругая себя, за то, что прожила полгода рядом с этими разломами и только сейчас вспомнила про придумку древних греков.
– Да с чего ему лопаться? Он же из глины. Кирпичи же в печах не лопаются, а там огонь постоянно. – Никак не мог понять, что за глупости спрашивает у него лари, Парнас.
