– Приехать не успела, а уже опять за старое? Носишься целыми днями, а есть за тебя, я буду? – ворчала она. – И ладно сама, тебе не привыкать, этого-то, за что на диету посадила?
– Казну бережём, чтоб на строительство защитных стен хватило. – Улыбаясь, ответил оман.
– Да это тебе лет десять не есть! – усмехнулась матушка Вали́.
Только к вечеру мы вернулись во дворец императора. Я собиралась сегодня лечь раньше, чтобы с рассветом покинуть столицу. Император и его лари ждали нас в той же комнате, где встретили нас в первую встречу.
Выслушав меня, никаких препятствий к возвращению в Карнак, к детям, мне не чинили. Император передал мне шкатулку с документами для детей. Там лежали документы на освобождение от уплаты налогов для всего Геликарнака. А ещё распоряжение о создании на территории Геликарнака отдельного корпуса бессмертных для усиления провинции.
И самое главное, император передавал со мной письмо для Аргеса, с просьбой о встрече.
Лайна всё норовила передать подарки детям. Один, второй, третий...
– Лари! Мы едем верхом, возможности везти большую поклажу, просто нет! – пыталась остановить Лайну я.
– Это подарки! Мы всё время их отправляли! – возмутилась она. – А Карнак это не дворец в двух улицах отсюда!
– Вручите чуть позже, раз как выяснилось, мы договорились о скором возвращении в столицу. Хоть и временном. – Улыбнулась я ей.
Вспомнилось, как она наряжала меня, и в голове мелькнула мысль, что ей бы дочку, но озвучить её я не решилась.
– Ираидала... – замялась она, но всё же продолжила. – Когда вернёшься во дворец, будь осторожнее. Не пей принесённую воду и не ешь того, что готовили не в твоём присутствии, или твоих служанок.
– Я запомнила. Это был жестокий урок. – Ответила ей.
Покидали дворец мы рано, но император и его лари вышли нас провожать. Впрочем, помимо меня, Фарли и Рагни и отряда бессмертных, в Карнак отправлялся оман и Файрид.
Что там собрался делать последний, я не знала и спрашивать не собиралась. В конце концов, может лично решил своих бойцов забрать.
Дорога легко ложилась под копыта лошадей, а меня тянуло вперёд. Туда, где я уже узнавала места прошлогодних стоянок. Меня не пугали ни ночёвки на земле, ни приготовление пищи на костре, ни перекусы вяленым мясом прямо на ходу. И даже на взгляды я уже не обращала внимания.
Я возвращалась к детям. И в моём случае закон стал жизненной необходимостью. Лари должна быть около своих детей.
Ираидала, лари Марид Нави.
Время в дороге летело быстро.
