Татьяна сидела на подоконнике своего офиса в Санкт-Эринбурге, за окном медленно опускались сумерки. Фонари начали гореть по улицам, и движения пешеходов стало все меньше. В это время она думала о словах Таисии, что в Департаменте безопасности работает тайный наблюдатель. Это единственная надежда на то, что они могут найти его раньше, чем он найдет их....
– Нехорошее у меня предчувствие, – признался он, когда друг и учитель, взвалив ружье на плечо, словно базуку, прицелился и нажал на спусковой крючок.
– Расслабься. Как ты уже заметил, я этим занимаюсь не в первый раз!
Раздался громкий хлопок. Гарпун устремился в сторону и вниз, к крыше отеля. Веревка быстро разматывалась за ним следом. Гарпун с размаху вонзился в бетонный парапет крыши отеля и намертво в нем застрял.
Веревки хватило с лихвой. Гордей распутал ее свободный конец, подергал, чтобы удостовериться в прочности крепления, затем осмотрелся по сторонам.
– Теперь до тебя дошел мой замысел? – спросил Гордей.
– Дошел, – настороженно кивнул Никита. – И что-то мне не по себе.
– Это единственный способ незаметно оказаться на верхнем этаже отеля.
Гордей вытащил из сумки специальный альпинистский пояс и застегнул его у парня на талии.
Лестратов подвел Никиту к натянутому канату и пристегнул его карабином:
– Теперь не сорвешься, даже если сильно захочешь.
– Единственное, чего я сейчас хочу, это оказаться дома в своей постели, – буркнул Никита.
Но делать было нечего. Парень взобрался на бетонный парапет. Ветер дул с такой силой, что он с трудом удерживал равновесие.
– Готов? – спросил Гордей.
Никита закрыл глаза и сосредоточился: на лице выступила короткая черная шерсть, мехом покрылась шея, плечи и голые бицепсы. Когда он открыл глаза, они были желтыми, кошачьими.
– Теперь готов, – улыбнулся Никита, оскалив клыки.
– Маскировка – это очень хорошо, – кивнул Гордей.
Никита вцепился когтями в парапет, свесился с крыши и разжал руки. Он плавно заскользил вниз по наклонному канату, стараясь не смотреть на разверзшуюся под ним пропасть.
Наконец Никита достиг «Тауэр Паласа» и мягко приземлился на крышу. Затем отцепил карабин и оглянулся на Гордея. Тот издали обнадеживающе показал ему большой палец. Легостаев кивнул.
