Татьяна сидела на подоконнике своего офиса в Санкт-Эринбурге, за окном медленно опускались сумерки. Фонари начали гореть по улицам, и движения пешеходов стало все меньше. В это время она думала о словах Таисии, что в Департаменте безопасности работает тайный наблюдатель. Это единственная надежда на то, что они могут найти его раньше, чем он найдет их....
– Вы же знаете историю его отношений с Ингой Штерн.
– Он хочет отомстить, – кивнула Летиция. – Я могу это понять. Но он должен соблюдать осторожность. К тому же месть – очень скользкая дорожка! Если мальчишка убьет эту девицу, обратного пути уже не будет. Он встанет на путь зла. А оборотни только того и ждут, я уверена!
– Я прослежу, чтобы этого не произошло, – пообещал Гордей.
– Уж ты постарайся! Как только он совершит ошибку, я сразу узнаю об этом. И тогда кто знает… Может, проще уничтожить его сейчас, чем ждать, когда он войдет в полную силу?
– Думаю, это крайняя мера, – возразил Лестратов.
– Дай бог, – произнесла Летиция. – Надеюсь, ты окажешься прав. Ну а теперь ступай. И держи меня в курсе событий.
Гордей попрощался с ней и зашагал к выходу.
Новости его совсем не обрадовали. Кто-то выкрал у Летиции записи о ягужинских вурдалаках, а она подозревает его, Гордея, – это было написано у нее на лице. Сам же Лестратов даже не сомневался в личности похитителя.
Он вышел из здания. Перед ним по мраморной лестнице спускалась молодая девушка в черной одежде. Гордей увидел светлые волосы, убранные под жемчужную сетку, черную меховую горжетку, черные перчатки. Это была Агата. Или Виктория? Он уже давно запутался в ее именах. Наверное, только Летиция знала, как эту девицу зовут на самом деле.
Она спустилась по широким ступеням и направилась к ожидавшей ее машине.
Машина Агаты мчалась в старую часть города. Полчаса спустя она остановилась у старинного одноэтажного дома с высокой крышей.
Девушка выбралась из машины и направилась к калитке. Гордей припарковался на противоположной стороне улицы и, как только Агата вошла в дом, последовал за ней.
Лестратов тихонько открыл дверь и оказался в длинном, темном коридоре. Вдоль обеих стен тянулись двери. В дальнем помещении мерцал тусклый желтый свет, доносились приглушенные голоса.
