Лорд Лукас Эртон метался взад и вперед по кабинету, глаза его сверкали опаской. Я же молчала — словно камень на воде. Ни слова лишнего не требовалось. Двух жизней зависло сейчас на волоске — моей и лорда Эртона. Он шептал мне угрожающие слова, а я просто кивала в ответ, не желая никому мешать....
Одежда незнакомцев только подтвердила мои догадки. Слишком много кожи, непривычных заклепок, а у охотника еще и медальон с драгоценными камнями, крупными, сверкающими. Точно дорогущими и настоящими. Бутафория такой правдоподобной не бывает.
Что касается высших сил, то им от меня досталось. Я мысленно высказала все, что думаю о ситуации, в которую попала, не забыв упомянуть, где я это видела, вертела и так далее. Да, с манерами у меня порой напряженно. Да, обычно я более сдержана. Но даже у стойкого оловянного солдатика порой отказывают терпение и выдержка.
- Опа… - произнес магистр.
- Красивая… - пробасил Ван.
- Фхш-ш-ш-ша-а-а-а! – огрызнулся кот, и я на всякий случай притянула его к себе.
Еще с минуту мы изучали друг друга взглядом, и вдруг мужчины слаженно сделали шаг вперед.
Дальше… О, дальше меня посетило чувство дежавю. В крошечном замкнутом пространстве, под самым корневищем, собрались тучи, что-то сверкнуло и между мной и чужаками возникло то самое, уже знакомое марево – спасительный портал.
- Стой! – рыкнул магистр.
- Куда?! – пробасил Ван.
А я медленно поднялась и шагнула им навстречу, прямо в марево, утянув за собой кота. Последнее, что я услышала, были слова охотника:
- Странница и лункс… Это редкий трофей. Если об этом прознают темные, цена их жизни полАтна в рыночный день.
Глава 3
Глава 3
Это он кого трофеем назвал? Кота моего? Не дождется! Пушистый и так на лапах еле держится, да и я бы не отказалась от тарелки щей или каши.
Правда, долго размышлять на приятные темы не пришлось. Сияющий тоннель закончился довольно быстро, и мы с серым выпали на полянку, плотно укрытую мягким ковром из лесных трав.
Ровное, круглое, словно блюдце, пространство окружали толстые стволы деревьев. Вроде и знакомые сосны, кедры, изредка березы, но в то же время незнакомые. Не росли у нас такие исполины. Этим навскидку минимум по полтысячи лет натикало, а может и поболе.
Однако, вокруг пахло медом и поздней земляникой, мирно жужжали пчелки, перелетая с цветка на цветок, а в чистом небе улыбалось по-осеннему ласковое солнышко.
Зверь, израсходовав последние силы, лежал рядом. Чуть поднимающиеся от слабого дыхания бока убедили меня в том, что бедолага все еще жив, и пора действовать.
