Автор
В ресторане за живой музыкой свет мерцает и блики от ламп создают дымчатую атмосферу. Данил уверен, что его романтическое приглашение встретит скепсисом — но вместо этого слышит неожиданное "Отличная идея", который заставляет сердце забиться быстрее. Он видит, как его собеседница переключает телефон на громкую связь, демонстрируя свою решимость остаться....
И главное – то самое платье. Единственный оставшийся размер садится по фигуре идеально.
В отель я возвращаюсь с кучей пакетов. Уставшая, но довольная. Решаю посетить бассейн. Тянет немного размяться. Поэтому поболтав с Данилом, надеваю один из новых купальников, набрасываю халат и отправляюсь на спонтанную тренировку по плаванию.
В одиннадцать вечера здесь никого нет. Администратор на ресепшн сообщил, что я буду единственной посетительницей.
Развязываю пояс, кладу халат на шезлонг и подхожу к бирюзовой воде.
– Дьявол, – хриплый голос заставляет вздрогнуть и резко обернуться, синие глаза полосуют меня острым взглядом.
“А я попала в свой самый страшный кошмар” – почти срывается с моих губ, но я вовремя успеваю закусить нижнюю губу.
Ничего особенного не произошло. Купальник закрытый, эффектный, совсем не провокационный. Яркие цвета, красивые этнические узоры. На пляже можно встретить людей в реально вызывающих нарядах, а тут все прикрыто. Только, черт побери, Волков смотрит на меня так, будто я абсолютно голая.
Главная проблема – его проклятые глаза. Наглые. Горящие. Они проходятся по моему телу, точно лезвия. Вызывают волну дикого напряжения.
Я бросаю взгляд на шезлонг, понимаю, что мой халат слишком далеко, да и поспешная попытка прикрыться лишь насмешит.
Почему я чувствую себя, будто попалась на месте преступления? Дело явно обстоит с точностью до наоборот.
– Ты следил за мной, – заявляю, хмуро сдвинув брови.
– С чего ты взяла? – криво усмехается.
– А как еще объяснить наше столкновение здесь? – раздраженно выдыхаю и складываю руки на груди.
– Китайцы перенесли все на следующую неделю, шейх отменил визит в последний момент, – замечает невозмутимо. – Спортзал закрыт, а я хочу размяться.
Меня бесят бесовские искры в синих глазах, а еще – такое откровенное вранье. Китайцы никогда не станут переносить важную встречу, это воспринимается как оскорбление. Шейх тоже бы не стал…
Я застываю, заметив, что Волков развязывает пояс халата.
– Прекрати, – срывается на автомате.
– Что? – насмешливо выгибает бровь.
И правда. Я пробую запретить ему купание в его собственном бассейне? Бредовая затея. Пускай плавает. Просто без меня.
Он наступает, делает несколько шагов вперед, заставляя отшатнуться.
– Чего ты так боишься? – хриплый голос обвивается вокруг горла колючей петлей.
