Автор
В ресторане за живой музыкой свет мерцает и блики от ламп создают дымчатую атмосферу. Данил уверен, что его романтическое приглашение встретит скепсисом — но вместо этого слышит неожиданное "Отличная идея", который заставляет сердце забиться быстрее. Он видит, как его собеседница переключает телефон на громкую связь, демонстрируя свою решимость остаться....
– У меня столько эмоций, что тебе и не снилось. Никакой мужчина не пробуждал такое отвращение. Не доводил до тошноты. Меня колотит от твоих прикосновений, от твоего голоса, от одного присутствия рядом со мной. Если бы я могла, я бы содрала собственную кожу, только бы не ощущать. Или хотя бы стерла память про это унижение.
– Лика…
– Я устала, Глеб.
Она впервые называет меня по имени. Так – впервые. Я даже забываю, что хотел ей сказать. В ее голосе не просто холод. Пустота.
Я отдаю приказ водителю. Пусть доставит девчонку до квартиры.
Какое на хрен такси в это время?
Она не спорит. Не смотрит в мою сторону. Только мелко дрожит и обнимает себя руками. Всем своим видом показывает, что хочет оказаться подальше отсюда. Никогда меня не встречать.
Хорошо. Я дам ей паузу. По ходу я и правда перестарался. Слишком много жара дал. Но блять, проиграна битва, а не война.
Глава 14
Я плохо помню дорогу домой. Все смазывается. Меня колотит от дикого напряжения. Пот прошибает тело насквозь. Я на грани истерики.
Глеб предлагает свою одежду. Новый пиджак. Брюки. Но я не представляю, как сумею принять хоть что-то от него. Хотя чертово покрывало тоже его. От этого гада никуда не деться. Он повсюду. Окружает со всех сторон.
Потом возникают пакеты из элитного торгового центра. Там куча женской одежды. Все вещи с ярлыками. Не знаю, откуда эти покупки берутся. Ведь глубокой ночью магазины закрыты, но факт остается фактом. Я могу без проблем нарядиться, спокойно занять место в авто.
Едва добравшись до квартиры, запираюсь на все замки, отправляюсь в душ и бесконечно долго стою под тугими струями воды.
Я должна смыть этот жуткий день. Я подумаю обо всем завтра. Сейчас совсем нет сил.
Я закрываюсь в кабине. Беззвучно плачу. Меня трясет.
Нет, я не думала, что Волков мог реально пойти на насилие. Я никогда не ощущала от него подобной угрозы, не улавливала опасности. А с другой стороны – откуда мне знать о его вкусах?
Он долго держался в рамках, старался ухаживать цивилизованным образом.
Вот, как ему нравится. Грубо. Жестко.
Я вжимаюсь в стенку кабины, кусаю губы до крови. Слезы льются градом. Я не могу успокоиться. При этом ублюдке старалась держаться. Боролась. Но здесь прорывает. Чувства вырываются на волю.
Такое жуткое унижение.
И я идиотка. Дура.
