Подруга Лиза так же пустышка, не способна ни при чем, цепляется за мужа, уговаривая его оставить любовницу и возвращаться домой. Загорается раздражительность и головная боль накалена до предела. Лежу без сну и лекарства не помогает, мучительно болит мозг, словно сама тянется к нему молоточком, пытаясь вытащить из глубин ужасные мысли....
Дмитрий Всеволодович поднимает голову и смотрит на меня сквозь стекла очков, затем откидывается на кресле, снимает их и прикусывает кончик. Я подхожу к столу, сажусь на стул, закидываю ногу на ногу.
Мы рассматриваем друг друга, как противники на поле боя, как хищники перед схваткой, прикидывая в уме все сильные и слабые стороны соперника, все его достоинства и недостатки. Всегда нужно знать слабые стороны, чтобы в нужное время нанести сокрушительный удар. У этого человека одно слабое место, оно и слабое звено, которое хочется вбить из орбиты жизни — его сын.
— Алиев?
— Можно просто Руслан, Дмитрий Всеволодович.
— Я о тебе слышал, — подается вперед, кладет очки на стол, сцепляет руки в замок.
— Надеюсь только хорошее.
— Это как посмотреть, — губы трогает улыбка. Вид у него уставшего человека, у которого непосильная ноша на плечах. Жаль старика, но не настолько, чтобы предложить ему помощь. — С чем пожаловал?
— Не буду много лишнего говорить, я по поводу Лизы, — взгляд Градовского тяжелеет, губы превращаются в тонкую линию.
— Повезло нашей Жене, нашла себе защитника, — хмыкает, прищуривая глаза, — Не каждой дурочке так везет в жизни.
— Я сделаю вид, что не слышал этих тонких оскорблений в адрес Жени из уважения к вам.
— Может сделаешь вид и до всего остального? Произведем обмен, ей ребенка, она мне сына. Будет справедливо.
— Да? — деланно удивляюсь, — Вас не напрягает, что ваш сын ее насиловал, избивал? Мне кажется за такое не сажать надо, а четвертовать, поставить на место жертвы, чтобы познал весь спектр эмоции и ощущений.
— Сидишь тут передо мной, такой правильный, вещаешь мораль, а сам не без греха?
— У меня нет потребности утверждаться за счет слабой женщины. Мне не хочется сейчас узнавать причины и следствия сдвигов в психике вашего сына, не интересно, я хочу, чтобы завтра Жене вернули дочь.
— С какой стати? Мы имеем точно такие же права, как и Женя.
"— Значит так? — дружелюбный настрой моментально испаряется, уступая место холодному разуму. — Тогда не удивляйтесь, если ваш сын сядет на полную катушку и вряд ли оттуда выйдет адекватным. Вы думаете, что у вас одного связи? Ошибаетесь, ваше влияние измеряется приятельством и дружбой тех или иных людей, к которым прибегаете.
