Подруга Лиза так же пустышка, не способна ни при чем, цепляется за мужа, уговаривая его оставить любовницу и возвращаться домой. Загорается раздражительность и головная боль накалена до предела. Лежу без сну и лекарства не помогает, мучительно болит мозг, словно сама тянется к нему молоточком, пытаясь вытащить из глубин ужасные мысли....
Можно сдать в ломбард — ничего ценного для моего сердца нет. Может только красивый золотой браслет, подаренный мужем на рождение дочери, но и его не жалко. Нужно дозированно сдавать и в разных местах, чтобы не вызывать ни у кого подозрения.
Оказывается, мой мозг умеет рационально мыслить. Я до часа ночи расписываю в скачанном приложении примерные расходы и доходы, с легкостью отказываясь от покупок фирменных вещей, походов в спа-салоны, машины. Можно потом купить более бюджетный вариант, если совсем плохо станет без колес.
Спать я ложусь приободренная перспективами, с верой, что все у меня получится.
7
* * *Просыпаюсь я довольно рано и в хорошем настроении. Предвкушение от скорой встречи с дочкой заставляет меня порхать, как бабочку, и постоянно улыбаться.
Так как Артем выбрал развлекательный центр для детей, решила сильно не выдумывать с одеждой: брюки, джемпер, минимум макияжа, обычный хвост, улыбка до ушей — и готова к самой долгожданной встрече за последние два месяца.
Приезжаю в центр заранее. Безумно волнуюсь. Постоянно озираюсь по сторонам в поисках светловолосой макушки. Я боюсь не увидеть Лизу в толпе людей, которые так же пришли сюда с детьми в выходной. Была ужасная мысль, что не узнаю собственного ребенка, но этого, к моему счастью, не происходит.
Лизку замечаю еще издалека, сердце екает. Она за два месяца подросла, но все такая же непоседа, какой я ее запомнила. Бегает, кружится, натыкается на людей, смеется и опять убегает куда-то, возвращается с беззаботным смехом.
Замечаю и Артема, который стоит в сторонке, уткнувшись в телефон и совсем не следя, где бегает дочь и что вытворяет. Наивно полагать, что его отношение к ребенку изменится за два месяца. Он и раньше не проявлял к ней внимание, всегда прикрывался работой, не брал малышку на руки без необходимости.
Ускоряю шаг, не бегу, хотя очень хочется. Я понимаю, что нельзя ее сейчас сгребать в охапку, чтобы не напугать, поэтому всего лишь стремлюсь попасть ей на глаза, услышать «мама» и увидеть радость в глазах.
Дочка почти рядом, стискиваю ручки сумки и пакета с подарком, жадно слежу за каждым шагом свой лапулечки. Лиза замирает, кружится вокруг своей оси и останавливается прям напротив меня. Я опускаюсь на колени перед ней, готовая сразу же распахнуть свои объятия.
