Подруга Лиза так же пустышка, не способна ни при чем, цепляется за мужа, уговаривая его оставить любовницу и возвращаться домой. Загорается раздражительность и головная боль накалена до предела. Лежу без сну и лекарства не помогает, мучительно болит мозг, словно сама тянется к нему молоточком, пытаясь вытащить из глубин ужасные мысли....
Сердце колотится в груди, в голове от страха шумит, и я вновь чувствую, что задыхаюсь. Хватаю ртом воздух, а вдохнуть не получается.
— Папа, — раздается голос Лизки, Артем секунду смотрит на меня уничтожающим взглядом, расслабляет пальцы и указательным проводит по моему подбородку.
Мне требуется полноценная минута, чтобы прийти в себя. Муж отворачивается, я провожу ладонью по лбу, пытаясь нормализовать дыхание.
— Готова развлекаться? — хватает дочь под мышки и подбрасывает, та счастливо хохочет и смотрит на меня.
Артем не ограничивает меня в попытках сблизиться с Лизой, меня эта щедрость поначалу настораживает, а потом перестаю оглядываться на него, главное, что дочь рядом. Я хожу за ней по пятам, ловя ее улыбку, как лучики солнца, даря ей через свою всю нежность и любовь.
Она подпускает меня к себе, позволяет строить с ней башню из кубиков, ловить с горки, кружить на карусели и вместе прыгать на батуте. Каждый раз, прикасаясь к ней, к ее ладошке, я не спешу убирать свою руку, наслаждаюсь ее теплом, ее близостью.
Я забываю о присутствии мужа, представив, что мы вдвоем выбрались в детский центр. Когда Лиза с улыбкой кидает в меня мягкий мячик, а потом сама обнимает меня за шею. Осторожно обхватываю ее маленькое тельце, уткнувшись на мгновение в светлую макушку. Она пахнет собой, еще какой-то сладостью. Моя сладкая девочка… моя булочка…моя кудряшка…
— Лиза, осторожно, — пытаюсь поймать руку своей егозы, но та отмахивается от меня и пытается залезть в лабиринт, где бесились и активно играли дети постарше.
— Лиза! — строго зову дочь к себе, беспокоясь, что эти дети просто снесут ее на своем пути, если она окажется перед ними. Лизка отбрыкивается от моих рук, лезет наверх, цепляясь за мягкие выступы, как на стене для скалолазания.
Шестым чувством, еще толком не понимая, что сейчас случится, резко подаюсь вперед, хватаю дочь за руки, дергаю на себя.
"Лиза заходится в плаче от испуга. Прижимаю ее к себе, шепчу ей на ушко что-то бессмысленное, а она отпихивает меня от себя. Упирается своими ручонками в мои плечи, крутит головой, кого-то ищет глазами.
— Тише-тише, солнышко, — шепчу ей в висок, качая на руках.
