Ведьма не женилась, но жизнь принцессы Анны изменилась как карточный домик. Теперь королева сбежала в незнакомую страну, чтобы найти свой новый джек-пот и отомстить за то, что ее унизили на свадьбе. Одетая в черное, она преображается перед похоронами герцога. Страна манящего пафоса готовится к великолепной траурной церемонии, но принцесса осталась неуловимой....
Может быть, нужна помощь?
Эрвиг бросил в сторону Джонаха взгляд и покачал головой:
— Ему уже не поможешь.
— Надо доставить его тело в королевский замок, — проговорил Вадим, хмурясь.
Осознавая, что все вышло случайно, и он вынужденно защищался, Вадим испытывал неловкое чувство. Потому что, как ни крути, остался тяжелый осадок, брата короля убил он. И все же, с его стороны это был честный бой. Но объяснять кому-то, что ты не верблюд не было никакого желания.
Впрочем, ничего объяснять и не пришлось.
Король Рихарт сам видел все своими глазами.
* * *Джонаха засекли почти сразу, как он поскакал за отрядом. Как обычно, в таких случаях играют решающую роль случайности и мелкие детали. Опознали коня принца, и тут же доложили королю. Естественно, зная, куда направился его брат, тот бросился следом.
Смертельный поединок двух мужчин Рихарт видел из ворот замка. Его младший брат погиб у него на глазах. Когда все закончилось, король въехал во двор, поднимая руку, чтобы успокоить людей, взволновавшихся при его появлении.
Вадим по-прежнему стоял в центре, держа Мирославу на руках.
— Прости, я не хотел этого, — мотнул головой в сторону мертвого молодого принца.
— Я знаю, — коротко ответил король. — Он сам убил себя.
Странно прозвучали эти слова. Громко. Король обвел взглядом всех кто в тот момент стоял рядом, словно приводя в свидетели. В определенной, даже в очень большой степени, это было правдой.
Остановившись напротив Вадима, Рихарт долго смотрел на него, перевел взгляд на женщину, что тот держал на руках. Какое-то время молчал, потом тяжело произнес:
— Пусть все считают, что королева Линевра умерла. А мой… влюбленный в нее брат… с горя покончил с собой. Думаю, так будет лучше для всех.
И повернулся к Одри.
— Леди Остейр, вы можете вернуться в замок с моими людьми.
Девушка встрепенулась, привела в реверансе, склонив голову, и проговорила:
— Ваше величество, если позволите, я предпочту остаться с госпожой и разделить ее судьбу.
Одри говорила твердо, и взгляд, что она подняла на короля был тверд.
— Что ж, если таково ваше желание, да будет так.
