Ведьма не женилась, но жизнь принцессы Анны изменилась как карточный домик. Теперь королева сбежала в незнакомую страну, чтобы найти свой новый джек-пот и отомстить за то, что ее унизили на свадьбе. Одетая в черное, она преображается перед похоронами герцога. Страна манящего пафоса готовится к великолепной траурной церемонии, но принцесса осталась неуловимой....
Цыкнула расстроенно:
— Так и есть. Стер весь след!
— След? Кто стер?
— Маг, который побывал здесь в наше отсутствие, — Одри провела рукой по зеркалу. — На зеркале, если в нем отразится маг, всегда остается след сущности. Любая ведьма обязательно его заметит.
Ого. Час от часу не легче!
Сказав это, Одри двинулась к шкафу, толкнула в сторону. Шкаф отъехал, открывая узкий и темный каменный коридор.
— А вот и потайной ход, которым он явился…
Это было как-то слишком.
Во-первых, неприятно и страшно, а во-вторых…
Мирославе вдруг стало невероятно обидно за королеву Линевру.
Королева она или где?! Пусть даже с постоялого двора.
— Одри, вызови лорда Балфора. Срочно!
Камеристка хотела вернуть шкаф на место, но Мирослава остановила ее:
— Не надо, пусть все остается, как есть.
— Хорошо, миледи, — ответила та и немедленно удалилась.
Уж неизвестно, что там лорду Балфору передали, а только примчался он буквально через пятнадцать минут. Вид недовольный, высокомерный, надменно спросил из дверей в покои:
— В чем дело, ваше величество, из-за чего меня оторвали от серьезных…
Мирослава не дала ему закончить.
— Лорд Протектор, вы ведь, кажется, отвечаете за мою безопасность в ближайший месяц? — холодно поинтересовалась она.
— Да, ваше величество, — сухо отвечал тот.
— В таком случае, как вы объясните это? Проходите, лорд Балфор, вы ведь, насколько я помню, здесь уже однажды были.
Она пошла внутрь, и остановилась у открытого потайного хода.
— Будьте любезны, взгляните на это.
Мирослава видела, как перекосилось на секунду лицо вельможи, как пробежала по нему гримаса ненависти, и мгновенно исчезла. Он коротко выдохнул и резко дернулся, склонившись.
— Я прикажу подготовить для вас новые покои, ваше величество. Позволите удалиться?
— Разумеется.
Балфор ушел стремительно, оставляя после себя буквально осязаемый шлейф злости и раздражения.
А Мирослава отошла к окну. Пока Эрвиг задвигал шкаф на место, пока люди сновали за спиной туда-сюда, не отрываясь, смотрела на серое небо и бегущие по нему облака. Все-таки она сильно переутомилась и перенервничала. Навалилась невероятная вялость, а вместе с ней головокружение и тянущая боль внизу живота.
