Так было и со Зверем, и Русланом. Но как здесь вышколена прислуга — это что-то.
Шкаф был забит новой одеждой и бельем. Халаты, ночнушки, домашние костюмы и выходные платья. Всё моего размера.
— Твою мать, — сказала я.
Кажется, Маре реально рассчитывал, что я буду здесь жить.
Утром я толком не ела и после прогулки дико устала и хотела есть. Нужно себя беречь. Я сбросила старую одежду и оставила ее в ванной на полу. Надела халат и высокие мягкие носки из кашемира. Сделала бутерброд, напихав в булочку буженины и сыра, и с чашкой кофе и едой завалилась в кровать."
"Первым делом проверила планшет: ничего интересного. Ни списка контактов, ни интернета. Только дурацкие игры и кино. Причем в основном «женской» направленности: романтика, комедии, мелодрамы. В списке ни одного боевика или фильма ужасов, словно приличным девочкам, находящимся под опекой Маре нельзя интересоваться такими гадостями. В разделе фотографий фото красивой природы. Нашлись видео курсы по изучению разных языков — насчитала минимум шесть, курсы по искусству, истории, литературе, и даже дипломатическому этикету. Он издевается? И такого было полно. Все тщательно вылизанное и подобранное по интересам для девочки из высшего общества.
Я начала понимать в какой изоляции росла моя сестра. Мир снаружи для нее, наверное, кажется большим, интересным и пугающим. И она хочет выйти туда с моей помощью.
Отшвырнув планшет, я открыла газету.
Меня интересовало, что происходит в городе, что со Зверем и Русланом. Ничего интересного найти не смогла, и с раздражением отшвырнула ее. Естественно, они не стали публиковать там свои планы персонально для меня! Я очень волновалась о них — обоих несмотря на то, что кричала Руслану возвращаться обратно в свою могилу и больше не вылезать оттуда. Скучала по своему ребенку. И понятия не имела, что будет дальше.
Слова Коринны произвели впечатление. Не думала я, что все настолько плохо, чтобы она просила помощи у меня и, что еще хуже, мечтала о том, чтобы «мои парни» ее спасли. Найти кого-то в городе хуже этих двоих сложно. Но для Коринны они были единственным выходом и, подумав, я с ней согласилась. Маре для нее тиран. Она слишком молода, такая акула легко сможет манипулировать ею, сделать все, что угодно с ее деньгами, выдать замуж за кого решит или наоборот, оставить в старых девах, чтобы было удобнее контролировать. Она даже несовершеннолетняя еще, Маре может сделать с ней что угодно.
Я могла бы взять ее под опеку. Да и недолго осталось — скоро ей будет восемнадцать. Только от Маре она и в этом случае не избавится, а от меня — да.
Из комнаты я не вылезала до вечера. Да и некуда было ходить, если разобраться.
Когда стемнело, в дверь постучала горничная:
— Ужин, госпожа Девин. Вас ждут внизу.