Автор
В свете ламп и магических огней, серебристые столовые приборы и сложные гравированные блюда создавали неповторимую атмосферу торжества. Переплетенные истории в тиши огромного зала словно кипели от волнения невест, готовых принести свою душу в жертву любви и славе.
Похоже, «Проданная невеста» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Интересно, кому вообще пришла в голову идея этого милого семейного ужина? Блайвор зачем-то решил свести за столом отца и сына? Или же это была инициатива самого Дарнвилла? А может, того требовали традиции?
Как бы там ни было, а ужин протекал в гробовом молчании. Риндаль и Дарнвилл, сидя почти напротив, упорно избегали смотреть друг на друга. Кусок не шел в горло никому. А атмосфера была настолько тяжелой, что, казалось, воздух загустел и трудно дышать. В довершение всего внезапно снаружи послышался шум волчьей драки.
Внизу на периметре, яростно рыча, схватились два волка. Точнее, оборотня, судя по габаритам. Вика испугалась, чем это может закончиться — рвали они друг друга, похоже, не на жизнь, а насмерть.
Шерсть летела клоками, кровь лилась на платформу, брызгала на стены.
Дотянувшись через Латону, Блайвор открыл окно и рявкнул:
— Сейчас же прекратили!
По окрику сюзерена — очевидно, это были именно придворные Блайвора, волки остановились почти мгновенно.
— Чтоб к утру здесь ни капли крови не осталось! — жестко распорядился он и захлопнул окно — опять поверх головы Латоны.
Посмотрев на Блайвора и Латону рядом — разница в росте у них была сантиметров тридцать пять, если не больше. Вика невольно подумала: «Комичная вышла бы парочка. С Риндалем они смотрятся все-таки лучше».
Все вернулись за стол.
— Почему ты не спросил, в чем дело? — поинтересовался Дарнвилл.
— И так догадаться несложно, — усмехнулся Блайвор. — Очевидно, Икеза опять изменила Токмену – теперь с Поствиллом. Вот рогоносец и взбесился. Но, честное слово, лучше бы эту шлюху загрыз! — И вдруг резко сменил тему: — Предлагаю тост за Торнхолд и его решение — каким бы оно ни было!
Все встали и подняли бокалы. Вика немало удивилась, что здесь существовала такая же, как на Земле, традиция — чокаться.
Выпили до дна. Затем сели. Снова наступило гнетущее молчание.
Спустя минут десять Риндаль поднялся из-за стола.
— Спасибо за приятный вечер, — процедил он сквозь зубы и двинулся к двери.
