Глубокая боль в сердце переплетается с тревожным взглядом священника и тонкими руками над молитвенной книгой. Внутреннее мрак объясняется неутешительными словами, каким-то острее ножа, когда они вырываются из паутины вуали - к осознанию убогости и безысходности сущего....
Похоже, «Проданная невеста (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Дрожа под платьем, показавшимся мне легким, словно паутина, я пыталась собраться с силами, пыталась убедить себя, что все не так плохо, но отчаяние и страх терзали грудь. В какой-то момент, когда осмелилась посмотреть на будущего супруга, от страха едва не подкосились ноги. Я бы упала, не подхвати меня Рейн. И, признаться, самую малость удивилась его вопросу:
- Вам дурно?
- Нет! – ответила и солгала. Конечно, мне было дурно! Я боялась! Я отчаянно мечтала проснуться в своей постели, и чтобы все то, что здесь происходило, было не более чем сном.
- Продолжайте и побыстрей! – велел венчавшему нас церковнику Риверс и бедняга, явно напуганный, затараторил нужные слова.
Все закончилось быстро. Даже быстрее, чем я ожидала. Мы надели кольца и был момент, когда я упрямо не хотела подавать руку графу, но вовремя одумалась, осознавая, насколько все это бесполезно, и золотое кольцо, связавшее меня с Рейном, плотно села, обхватив безымянный палец левой руки."
"Риверс, явно не желая задерживаться в стенах храма, взял меня за руку и повел прочь под пристальными взглядами моей родни.
Дальше была дорога.
Короткий диалог, неприятный ни мне, ни графу, закончился ничем и до самого замка, принадлежавшего Риверсу, ехали уже в молчании. Я старательно делала вид, что рассматриваю пейзажи за окном.
Откуда они? Он воевал, или получил эту отметину на дуэли? Если да, то почему не воспользовался помощью целителя и не очистил лицо? Возможно, без своего шрама он был бы привлекательнее, по крайней мере в моих глазах.
Служанки болтали явные глупости в попытке отвлечь меня и успокоить, а затем пришел Рейн и пришел не один. Вместе с ним в комнату вошла служанка. Она поставила на стол еду под серебряными крышками и вино, а затем по приказу графа все удалились из спальни, и мы с ним остались наедине.
