Шутка ли! Изначальных! – палец выставил парень.
– Ага. И раньше большой был, а сейчас того больше.
– Нет изначальных и свивать некого. А тут… Это же знак! Весть! Это.. Это… О! – руки развел вширь, потом вверх, пытаясь жестами показать на что слов не хватило. И стих, задумавшись, траву начал теребить, привычно отделяя бутоны и стебли, лепестки и корешки.? Нет, свадьбу я видел, было. Светлый на ватарке женился. Только Хелехарна и не приглашали, знали, что не пойдет. Против закона это. Нет, ну, понять можно молодых, чего ж, если так случилось. Но изначальные? Это что получается? Оба изначальные? Он и… она? Она?
Парень сказал и видно самому себе удивился – лицо вытянулось.
А у Радша само сложилось, только поверить не мог:
– Эрика?! – Самара даже приподнялся. – Сбрендил?!
Мужчина плечами пожал:
– Тогда кто? Сам посуди – изначальных девушек нет, давно нет!… Говорят.
– Мало ли что говорят, лапшу с ушей стряхни.
– Так, так – нет, и слухов даже не было, – закивал Огник, подтверждая версию Порверша. – Их же всех сразу положили, в дейтринах, а потом уже по семьям… ну…
И замер, словно в голову, что пришло из ряда вон:
– Что ж теперь будет? – просипел.
– Если Эрика – нихрена не будет, – бросил Самара. – Браки с туземцами запрещены.
– А с мертвыми не поговорить, – в упор уставился на него Радиш, намекая, что прошлое вместе с уставом пора б и забыть. То, что невозможно – было вчера, а сегодня возможно и невозможное.
Самара хмурился, соображая и решил сесть, но если б не друг, не смог. Тот придержал:
– Голова кружится, – признался. – Ерунда. Теперь давай по делу: из-за ранения я, похоже, многое пропустил. Планы поменялись?
– Вообще-то мы шли в Тоудер, а сейчас думаю – зачем? Шах живой, значит найдется. Эрика… Похоже план Самхата воплощает. Ты окрепнешь, соберемся все и тогда решим, куда и зачем.
– Угу. Генералиссимус!
– Мы местные, лейтенант. Нравится – не нравится, веришь – не веришь, но отсюда. И здесь беда. А там нас кинули.
– Сюда! Вопрос зачем! – в упор уставился на Радия. – И я согласен смотаться за ответом хоть в ваш Тоудер, хоть обратно к подземному тоннелю.
– Что? – не понял мужчина.
– Склеп предков. Там все семьи погибших. Один камень – один человек. Закладывается при рождении, задвигается сам после смерти.
Самара не поверил, его взгляд ушел в сторону Огника. Парень вздохнул и голову свесил:
– Точно так – мир предков. Часть до нашествия положена была, а как баги пришли, жрецы, что в живых остались, собрались и дань погибшим отдали. Все рода, все семьи там. Закрыли – мир их канул, так хоть там пусть останется. Место заповедное теперь.
Самара осторожно обратно лег. В уме не укладывалось услышанное.