Усадил подопечную на пень возле дома и присел рядом на корточки, подбирая слова. А те разлетелись, ни "а", ни "б" сложить не может. Глянет на нее и робеет, испариной от стыда покрывается. Да, как вообще язык-то повернется?
– Ууу! – вскочил и заходил туда-сюда мимо девушки, смелости набираясь, предложения мысленно составляя, обтекаемые и пристойные.
Эрика наблюдала за стражем, силясь понять, что его ест и когда он об этом вслух разродится. И не выдержала, рассмеялась.
– Ощущение, что тебя от какой-то страаашной тайны распирает.
Кей глянул на нее оторопело, засопел. Присел перед ней и несмело начал:
– Понимаешь…эээ… тыыы…
– Яяяя, – засмеялась, дразня беззлобно.
Кей сдался, плюхнулся на ягодицы и колени обнял. Смотрит на светлую, как собака, которая все чувствует, понимает, а сказать не может.
– Ну и? – выгнула бровь Эрика.
Девушка посерьезнела.
– Нууу… – обрисовал что-то себе понятное руками по воздуху, губы надул и сдулся. – Помолвка, свадьба?
– Нет, – отрезала. Настроение мигом испортилось, интерес к тому, что хочет сказать страж, пропал.
– Но ты же понимаешь, что вам нужно. Если сладились, то… Ты же… Это же…Не по воду сходить.
– И не повод для окольцевания. И я бы очень попросила тебя не лезть, – бросила сухо и категорично.
Шах, освободившийся, наконец, от чар Лой, вышел на крыльцо, сумрачно глянул на девушку и стража, сунул руки в карманы брюк, и попер со двора. У него было дело. Счет. И этот счет вырос настолько, что пора было получить по нему с процентами.
Кейлиф и Эрика проводили его взглядами и опять друг на друга уставились.
– Понимаешь, ты женщина, – осторожно начал свое страж.
– Новость. Спасибо, что сообщил.
– Если ты сладилась с мужчиной, то могут быть…эээ… последствия.
– Не могут, – губы поджала. – И моя половая жизнь – моя забота.
Кей ресницами хлопнул:
– С кем хочу с тем и сплю! Ясно?!
Страж выпрямился, медленно и всем видом давая понять, что оскорблен, причем оскорблен тем, что она сама себя оскорбляет. Но по глазам ее уразумел – она ж ничего не понимает, хорохорится от маеты, а не понять, ни принять ее не может.
Склонился нос к носу:
– Ну, и с кем хочешь?
Кейлиф лицом закаменел, во взгляде лютый холод: это какому изгою в голову придет?
– Чем же я заслужил оскорбление? Как в голову-то пришло что страж и светлая… Ты, что городишь-то?
– Страж! Мы охранять должны, беречь! Да, как в голову пришло?! Как язык повернулся?!
– Ну и чего разошелся? Майльфольм тоже страж был. А ничего, с моей сестрой сошелся.
У Кейлифа слова и мысли кончились – только гнев остался.
– Майльфольм? – прошипел, покачиваясь на носках и поглядывая сверху вниз. – Майльфольм. Майльфольм!
И слов нет – заело от возмущения.