Оттого этот третий угол и бесится.
Кейлиф преградил дорогу Шаху, встав меж ним и дверью в покои светлой.
– Наглеешь. Мне поговорить надо, – с раздражением сказал Вейнер.
– На половину женщин мужчины без приглашения не ходят, – парировал тот.
– А я постучу и буду приглашен.
Шаху надоело – постучал через плечо стража. Тишина. Кейлиф руки на груди сложил, глядя на светлого с насмешкой: я что говорил?
А тому как в голову вдарило – Эрлан там. Иначе чего Эра молчит и, что страж вход в ее комнату как амбразуру закрывает?
– Эрика дала четко понять, что не хочет видеть Эрлана.
– Она одна и скорей всего отдыхает. Иди, светлый, не тревожь ее.
Шах пихнул его в сторону, но Кейлиф не сдвинулся.
– Они что там, драться собрались? – протянул Самара, прислушиваясь и, сквозь перепалку мужчин, услышал странные звуки, глухие и жалкие. Кто-то тихо то ли скулил, то ли глухо выл и шебуршал. И можно подумать что мышь, только возня ненормальная, не для маленькой животинки.
– Эра, – понял, вскочил и трусцой к стиппу. Растолкал забияк и постучал: Эрика?
– Ты чего? – немного растерялся Вейнер.
– Что-то не то. Мне кажется, что с ней что-то не так.
И не стал миндальничать – толкнул дверь.
Девушка металась по траве на полу, вся в поту и словно в судорогах в ознобе бьется.
– Эя! – подскочил. Кейлиф его в сторону, приподнял девушку, какие-то склянки достал и в рот влил жидкость из одной. Закашлялась – лицо красное, влажное, глаза пустые.
– Что с ней? – не на шутку испугался Шах. Страж только нехорошо посмотрел на него.
Девушку вдруг забило мелкой дрожью, дыхание хриплое и рвется словно легкие сводит. Самара помог Кейлифу ее придержать, и спросил:
– Заболела? – обвел взглядом ребят.
Эрика хрипло вздохнула, откинула руки мужчин и села. Замотала головой, лицо ладонью оттерла. Поднялась с трудом и рухнула бы, не поддержи страж.
А та видно, что слабо соображает – рукой показывает, а куда не пойми. На удивление страж понял – довел к воде, умыл как ребенка.
Эра уперлась руками в край лохани, фыркала, мотая головой.
– Ты как, легче? – спросил Самарин. Кивнула еле заметно, вернулась в комнату, шатаясь и осела на стул.
– Вы-то чего сбежались?
Самер смотрел на нее и ела его догадка:
Эика совсем очухалась, соображать начала. Посмотрела на командира и головой качнула:
– Самер, я действительно могу лечить. Как – не спрашивай – без понятия. Но последствия от сеансов бывают, только если у меня есть раны или ранки. А у меня их нет.
– Тогда какого хрена происходит? – навис над ней озабоченный Шах.
– Это ты мне скажи, биолог – самоучка.
Шах сел напротив на стул и потребовал:
– Давай по порядку – клиника?
– Наваливается дурнота, становится душно и жарко, начинаются спазмы мышц, ломки. Звон в ушах, потеря ориентации, памяти, в общем, и зрения.