– Ерунда! Выбор есть всегда! – прогремел старик и советник развернулся к нему, чуть удивленный раздражением на, в общем, очевидное и безобидное.
– Нет, это племя мне не понять. Мы были другими.
– Я слышал от отца те же слова. Готов поспорить – слышал каждый. Так что, Тшахерта звать? Он не отстанет – по лицу видно.
– Принес нам очередную головную боль? Вот Лой-то радость с таким братцем!
В залу неслышно прошел Эхинох, на удивление бодрый.
– Спал, – поджал губы старик. Мужчина чуть заметно улыбнулся и сел на подоконник, лицом к деду:
– Да, нет такого, за что особо б память ела, – и улыбнулся хитро, широко. Нерс понял – Маиша, жена советника. О, эта любые раны излечит и усыпит в миг. К тому же скоро ей рожать, и мысль о прибавлении в семействе затрет любые другие.
Маэр махнул рукой – я в курсе. Вздохнул:
– Ристана ждать не будем?
– Он настолько трепетно относится к новым светлым, что ничего хорошего мы не услышим, – заметил Эхинох.
– Зато от тебя они корзину меда получат, – понял старик и кивнул Нерсу. – Давай этого юнца пока. Послушаем, с чем поутру его пригнало.
Нерс нехотя поднялся и пригласил Вейнера в зал. На удивление тот был чинен и уважителен: ни тебе ухмылок, ни наплевательства на всех и вся.
– Ну? – насупил брови Маэр.
– Доброе утро, – выдавил Вейнер.
– Угу. Ты с этим пришел?
– Нет. Я хотел узнать… Нет, для начала я хочу сообщить, что не имею никаких претензий и исков к брату. Возможно, меня не так истолковали.
– А для конца? – перебил старик.
Шах поджал губы. Слова и так с трудом давались, а тут еще едкость и не скрываемая неприязнь Хранителя сбивали. Собрался и выдохнул:
– Я хочу знать, что будет с Эрикой.
– От ты! – брови Маэра уехали на лоб. – Ты кого-нибудь из Ольрихов здесь видишь?
– Из кого? – нахмурился, не понимая, причем тут почивший род.
– Тьфу! – выдал Хранитель и готов был продолжить в том же духе, но Эхинох прекрасно считав настроение деда, влез:
– Ольрихи знали будущее, а нам оно не подвластно, – пояснил.
Не дурите мне голову, – чуть разозлился Вейнер.
– Я о вашем решении на счет Эрики. Не знаю, что на нее нашло, но она не может быть дочерью Эберхайма, и взять ей подобную информацию неоткуда, если только не придумать.
– Зачем ей выдумывать такое? – спросил Нерс.
– Не знаю. Чужая душа – потемки, а уж женская…
– Ну, да, ну, да, – закивал Маэр. – Только у нас не раскидываются подобными заявлениями! Совет начал расследование, по результату будет дело!
– Да какое расследование к чертям?! – взорвался мужчина. – Вам делать не хрен, что ли?! Эра больна! Брякнула первое попавшее в ум от горя или от злости на Эрлана, а вы и рады!
Маэр рот открыл и закрыл.