Я свалился на него как коршун, расколол шейный позвонок копьём убрал копьё в инвентарь не вынимая из поросёнка. Удостоверился в его смерти, прикоснулся к жертве, убирая его в инвентарь и вихрем взлетел обратно на дерево. Следов борьбы и запаха крови нет. Как и задумывалось. Сижу на дереве. Орехи грызу. А чё я? Я ничё. Я в вашу сторону даже не смотрю. Сами смотрите за своими поросятами. Мне то зачем?
Отряд не заметил потери бойца. И хрюколку - песнь провизжал до конца. А тем временем раскопки подошли к логичному завершению, судя по оживлению взрослых членов семьи. Что то они там откопали ценное. Мне даже захотелось подойти посмотреть. Может и правда, что полезное. Потом загляну в этот котлован. Когда кабаны рассосутся. Может мне ещё одного поросёнка умыкнуть? Ну если случай представится, почему бы и нет? Тем временем, всё интересное в котловане закончилось и хряк объявил об окончании партийной конференции. Свиньям эта идея не очень понравилась, но они вынуждены были согласится со всенародно избранным лидером и начали расходится куда им сказали. Указания они получили разные и по этому разошлись кто куда. Всенародно избранный лидер, видимо, забыл о моём существовании ну или начал воспринимать меня как деталь интерьера или как дополнение к дереву. По этому на пост не вернулся а повёл свой любящий народ, надо полагать, в светлое будущее. Путь в светлое будущее пролегал в том направлении, откуда я прибежал.
Забавный у них способ передвижения. Секач шёл вперёд максимально шумно. Специально выбирал такой путь, что бы было побольше веток и сучьев. Так что, когда он шёл, то ветки хрустели, сучья ломались, земля дрожала а все, кто это слышал, трепетали и, в срочном порядке, меняли дислокацию. За ним, широким фронтом, выстроились свиньи, оставив самую представительную и наделённую особым доверием в глубоком тылу строя. Эта, обличённая доверием матрона, приглядывала за поросятами. Поросята вели себя тихо. Особо никуда не разбегались и вообще, вели себя прилично. Какие то неправильные дети. Меня они воспринимали как лишнюю ветку на дереве и демонстративно не замечали. Мне даже обидно стало. Захотелось их за это наказать. Украсть ещё одного поросёнка. Мне приятно а свиньи всё равно не заметят. Вряд ли они умеют считать. Только матрону нужно чем то отвлечь.
Бутылочная тыква не смогла отвлечь свинью - наседку от слова совсем. Та посмотрела на тыкву, нюхнула разок и всё. Это плохо. Окажется вдруг, что всякие тараканы тоже не посчитают содержимое тыквы достойной закуской. Тогда придется мне содержимое палочкой выковыривать. Как то меня не радует такая перспектива. Ну ладно. Проверю реакцию свинюки на сырую рыбу. Сырая рыбина смогла спасти отца русской демократии.