Более эмоциональный Алмит курсирующими бровями не ограничился:
– Что?! Да такого просто не может быть! А как же защитные поля? Встроенные талисманы? Собственные блоки, на худой конец?!
– Радиус поражения – двадцать верст, – неумолимо отчеканил директор Школы Чародеев, Пифий и Травниц, словно пытаясь убедить самого себя, что это не дурной сон. – Сила воздействия возрастала от краев к центру – двое камнедержских телепатов погибли на месте, один необратимо лишился способностей, геринская эльфийка и еще несколько человек отделались обмороками или носовым кровотечением. Все – единовременно. Еще хорошо, что вокруг леса и пустоши, жертв могло оказаться куда больше.
– Но это же означает…
– Да. Галиана пытается с ними связаться, но пока безуспешно. Долина закрыта для посетителей и в силу природных аномалий непроницаема для вестников. Верховная Ведьма уже несколько месяцев отсутствует на рабочем месте, причем где она находится, неизвестно.
– Вы думаете, это опять… – Сегодня архимаг и магистр понимали друг друга с полуслова, что отнюдь не доставляло им радости.
– Похоже на то. – Ксандр вздохнул и веско припечатал: – Немедленно созываем Совет Ковена Магов!
* * *– Вон тама оно, милка, и сидить! – категорично объявила бабка, нижним концом суковатой клюки тыча в земляной лаз шириной с ладонь. – Ты нагнись-ка, глянь получше!
Я обреченно наклонилась, хотя и так прекрасно видела полузасыпанную дыру норного типа, обрамленную цветным куриным пухом.
– Нижей, нижей! – Та же клюка требовательно уперлась мне в поясницу, чуть не повалив на колени перед задней стеной курятника. – Ну чаво? Сидить?
– Да нету там никого, – устало доложила я.
Найти комнату накануне праздника Последнего Колоса, на который съезжаются толпы народа со всей Белории и Винессы, не так-то просто. И если уж подрядилась расплатиться за ночлег своим ведьминским трудом, будь добра изображать бурную деятельность. Ну хотя бы зевать не так демонстративно.
– А ежели рукой пошуровать?
– Что ж вы сами ее туда не сунете? – не выдержав, съязвила я.
– Дык я и сувала! – Бабка гордо продемонстрировала мне забинтованный палец, размером и формой здорово смахивающий на сортовую грушу. – А оно как грызянёть!
Я поспешно отдернула руку и выпрямилась.
– Нет уж, поверю вам на слово… то есть на палец. И что же это за «оно», по-вашему?
– Вупыр! – торжествующе объявила бабка.
Я вздохнула. Селянская классификация нежити несколько отличалась от общепринятой магической, включая всего три вида: «вупыр», «вомпэр» и «щось такэ зубасто».
– А вы его видели?
– А чаво мне на него смотреть?! – возмущенно заскрежетала старая карга. – Бона они, болезныя, ужо на-гляделися!"
"По правде говоря, никакие болезни курам уже не грозили.