От полного отчаяния Алик положил в гроб трубку, он не плакал, не было сил. Гема и Эдик, рыдая, кидались на гроб, ритуальный зал крематория был полон людей, многие из которых плакали. Арбени любили за на редкость незлобивый характер, интеллигентность и доброту. Но на Радзинского словно ступор напал, ни одна слеза не скатилась по щеке. Потом он неожиданно трезвым взглядом обвел толпу и холодно подумал: «Ну-ну, ребята, кто же из вас, скорбящих и рыдающих, убил мою Ниночку?»
На следующий день после похорон Алик отправился на Петровку, добрался до местного начальства и потребовал открыть дело «по факту убийства гражданки Арбени».
Довольно пожилой полковник внимательно выслушал Радзинского, он ни разу не перебил парня, только качал головой, приговаривая:
Но когда Алик наконец замолчал, полковник развел руками:
– Уважаемый Александр Сергеевич, открыть дело невозможно!
– Почему? – заорал Алик.
– Нина Арбени долго болела, в ее кончине нет ничего удивительного.
– Но она сказала мне, что ее отравили…
– Мало ли что человеку привидится в агонии, – вздохнул милицейский чин, – мой вам совет: поезжайте на природу, отдохните, успокойтесь. Безумно жаль молодую женщину, но, видно, это ее судьба.
– Эксгумируйте тело, – потребовал Алик, – я слышал, что мышьяк и стрихнин сохраняются в костях долгие годы.
Полковник посмотрел на Алика и стал разговаривать с ним таким тоном, каким учительница младших классов беседует с ребенком-дауном:
– Дорогой Александр Сергеевич, во-первых, у нас нет никаких оснований для подобных действий, а во-вторых, даже если бы и возникли определенные подозрения, мы все равно не можем осуществить эксгумацию трупа.
– Почему?! – заорал Алик. – Ну почему?!
Полковник налил воды из графина, пододвинул к Радзинскому стакан и с жалостью в голосе сказал:
– Вы же только что сами сказали, что Арбени кремировали! И потом, отравления мышьяком, стрихнином или цианидами достаточно распространенная вещь. Клиническая картина мигом бы стала понятна специалисту, ведь вы говорили, что для лечения Нины Арбени подключили лучших врачей?
– Вот видите, – обрадовался полковник, – эти медики бы разобрались, что к чему… Нет, вы должны понять, несчастная женщина просто заболела чем-то странным. Кстати, каковы результаты вскрытия?
– Да? – удивился собеседник. – Это ведь обычная процедура в таких случаях…
– Отец не захотел, – пояснил Алик, – он даже забрал тело Нины домой, не оставил в больничном морге, не хотел, чтобы дочь кромсали после смерти.
– Жаль, – ответил полковник, – на многие вопросы можно было бы получить ответы!
Алик вышел из здания на улицу, посмотрел на беспечно бегущих прохожих и решил действовать самостоятельно.