Автор
Нашлась улыбающаяся Женя из отдела кадров, и рядом с ней двигается что-то невероятно странное — нечто, о чем никто не задумывался. Алексей Викторович вежливо подтверждает дежурство, но тайна их совместной прогулки остается недосказанной.
– Мне кажется, будет драка.
– Возможно, – усмехаясь, произносит Соболев.
Невооруженным взглядом видна неприязнь Леши и без пяти минут жены Соболева. Зорин ее открыто задирает, Василиса не остается в долгу, песочит Лешу только так.
– Почему они так друг друга недолюбливают?
– Может, потому что похожи. А может, потому что Васька слышала, как Лешик назвал ее длинноносой. А Лешу она бесит, потому что дает тебе советы, которые ему не нравятся, – пододвигает мне стул. – Садись. Сильно достал тебя?
– Ну немножко.
– Даже если бы ты была не проблемной и все у тебя было зашибись, было бы почти так же.
– Мне кажется, нет.
– А мне не кажется. Я точно знаю. Знаешь, это как в пословице: обжегшись на молоке, дуешь на воду. Ну вот такой он. Не потеряй он дочку и… может, все было бы и по-другому, а так… Ну клинит его малехо на контроле и ребенке. Родишь и, наверное, полегчает.
– Наверное?
– Нет, не полегчает. Но хоть жрать будешь то, что душа велит.
– Это серьезный аргумент.
– А то. Ладно, жуй давай, не отвлекайся.
Аккурат к последнему кусочку на кухню зашел Зорин, а я как ни в чем не бывало попивала воду.
***
Задача всучить багет Леше – оказалась трудной. То ли в знак солидарности, то ли еще не пойми для чего, ест он исключительно то, что и я. Подозреваю, что на работе он этого не делает и от души поддается соблазнам. Но надо отдать ему должное, он – молодец. Если не брать в расчет его гиперопеку, он хороший.
– Ладно, поздно уже, мы поедем.
– Ой, извини, пожалуйста, – совершенно наигранно извиняется Василиса. Какая-то секунда и на белоснежной футболке Леши появляется красное пятно от недопитого гранатового сока.
Вот сейчас за моего Зорина мне стало обидно. Перебор, что бы между ними ни произошло за столом. А вот Леша, на удивление, подозрительно спокоен.
– Ничего страшного, – встает из-за стола и направляется к дому.
– Наконец-то. Давай убирай в сумку, – несколько секунд и Василиса подает мне… сосиски в контейнере. – Давай, чего ты тормозишь, цербер свалил.
– Не надо так говорить, он не цербер.
– Ага.
