— А теперь слушая сюда, Николай, — физически я сильнее, да и как правильно держать, точно знаю. Ярость волнами расходится по телу. С трудом сдерживаю себя, чтобы не свернуть недоумку шею. Твареныш отчего-то уверен, что все ему сойдет с рук. — Внимательно слушай, два раза повторять не буду. Денег ты не получишь. Не то что доллара, копейки от меня не увидишь. И не стоит уповать на мою кристальную репутацию. Тут вот какое дело… Лежать, — скомандовал как собаке, и чуть сильнее сдавил ему шею. Парень захрипел. — Не надо думать, что ты умнее других.
Перехватил мажорчика за волосы на затылке, потянул, заставляя выпрямиться. Прямо посмотрел ему в глаза. Сученок вздрогнул. И не с такими приходилось дело иметь, так что опыта у меня хватает.
— Тут ведь вот какое дело, Николай. В наше время информацией можно играть, как угодно. А то, что ты ничего не нашел и до сих пор не понял, с кем имеешь дело, говорит лишь о том, что руки у тебя коротки. Понял? — говорил я спокойным вежливым тоном. Те, кто хоть раз столкнулся со мной лбами, знают этот тон. Крайняя стадия ярости. Дальше следуют только санкции. Жесткие и порой жестокие. — Понял? — еще сильнее и больнее потянул его за волосы, и добавил властности в голосе.
Глаза мажорчика стали просто огромными, в них плескался испуг и проступили слезы из-за моей хватки на его гриве. Кажется, до него только дошло, кого на самом деле он решил шантажировать. Отпустил этого слизняка и выпрямился, сложив руки на груди, продолжая нависать и давить на пацана морально.
— Если мне покажется, просто покажется, что ты роешь под меня, я разбираться не стану. Просто сотру в порошок твоего отца, а бизнес его пущу прахом по ветру. Тебя же, Николай, будет ждать очень интересная участь. Как думаешь, обрадуется ли Алик, если ты станешь причиной разорения его маленького бизнеса, а? Как официального, так и неофициального? — сученок тяжело сглотнул. Руки у него мелко задрожали — в его безмозглую башку мысль о таком повороте дел даже не заглядывала. — Уж поверь мне, я позабочусь, чтобы он не сомневался, кого сделать козлом отпущения, — сделал паузу, чтобы гаденыш осознал и прочувствовал, а после продолжил: — Значит так, девчонка твоя будет со мной столько, сколько будет нужно мне. А ты забейся в нору поглубже и не отсвечивай. Понятно? Я ведь в курсе, что ты Кире насочинял, чтобы она согласилась спасти твою задницу. Так вот, еще раз увижу или услышу тебя, сам будешь долг отрабатывать. Найдутся любители на твою смазливую мордашку и холенную задницу.
