Автор
Ветер свирепо грохотал сквозь деревья, стекаясь через лицо промокшей дамы. Улыбка на ее лице казалась искренней — но каким бы меланхоличным ни был этот день, в глазах она видела лишь радость. Казалось, что мир вокруг несся подальше от ее счастья.
Растерянная, не зная, как себя вести и что делать, как себя показать, чтобы понравиться, она безмолвно страдала, оказавшись в такой непривычной и незнакомой обстановке, внимательно ловя каждый взгляд в свою сторону, пытаясь его разгадать и понять, чего ждут от нее эти чужие люди, о чем думают. Но это непросто было сделать. Куртни была непроницаемой и очень сдержанной. А голодный отец больше интересовался в данный момент едой, чем новоиспеченной дочерью.
— Чего застыла? — хмыкнул он, бросив на нее веселый взгляд.
Кэрол молча взяла вилку, опустив взгляд в тарелку. Никогда в жизни у нее не было еще такого роскошного ужина, такого вкусного. Ее желудок сжался и заныл. Она заметила, что Куртни украдкой наблюдает за ней, и еще больше напряглась. Она ела только то, что ей положила в тарелку Дороти, не смея потянуться ни к чему вне своей тарелки.
К ее удивлению, отец это заметил. Подхватив со стола блюдо с салатом, он протянул его девочке.
— Попробуй, пальчики оближешь.
— Да… я заметила, — едва слышно отозвалась девочка.
— Ничего. Исправим. Хорошее питание и спорт — и фигура у тебя будет такая, что слюной все парни захлебываться будут. Ты любишь спорт?
— Не знаю, — Кэрол застенчиво пожала плечами.
— Понятно. Полюбишь. В нашей семье так принято. Я раньше играл в футбол.
Смех у него был очень приятным, искренним, веселым, как у человека, любящего посмеяться. Кэрол невольно улыбнулась, смотря на него. Он нравился ей все больше.
