Игорь Сергеевич вглядывался сквозь тусклоя освещенный коридор, каждый шорох его дрожит и заставляет сердце забиться быстрее. Дом, казавшийся простым и непринужденным утром, внезапно стал местом безумий. Светлана спокойно пытается заснуть рядом с мужем, но Игорь Сергеевич чувствует себя в неминуемом беглеце, ощущая тенета мрачного происходящего....
Ну а пару лет назад профессор пережил настоящий удар, последствия которого ощущал до сих пор.
— Вы имеете в виду свою встречу с однокашником Арнольдом Кучачаевым? — осведомился Крячко.
— Вы уже знаете об этом? — Береженников даже несколько растерялся.
— Да так, только в общих чертах, — ответил Гуров.
Профессор немного помолчал, а потом с печалью в голосе признался в том, что его разговор с человеком, которого он когда-то считал отличным парнем, своим хорошим товарищем, при всей кажущейся банальности для него лично оказался намного драматичнее любой из драм Шекспира.
Береженников внезапно был отправлен на Памир, где вспыхнула эпидемия холеры. Он поехал туда на месяц, а застрял на полгода.
Впрочем, это значения уже не имело.
В отчаянии Николай попытался немедленно уехать в Москву, но из зоны карантина его не выпустили. Письма и телеграммы к отправке не принимались. Слишком велик был риск распространения смертельной заразы."
"Когда же он наконец-то вернулся, то не смог найти даже следа своей любимой. Около года он пытался ее разыскать, но безуспешно.
Через несколько лет Береженников женился. Он сделал это не совсем по любви, скорее из необходимости иметь семью.
И вот по прошествии многих лет Николай наконец-то узнал всю правду о том, что же тогда произошло на самом деле.
Он только теперь понял, кто же украл у него любимую девушку, и проклял тот день, когда его спешно, в режиме штурмовщины отправили на Памир. Тем утром он еще планировал какие-то свои дела на текущий день, а перед самым обедом узнал о том, что его срочно, совместно с командой сокурсников, посылают на дальний юг по линии военкомата.
Сотовой связи в те времена еще не существовало, да и проводные телефоны имелись не у всех. У Тани его не было.
