Игорь Сергеевич вглядывался сквозь тусклоя освещенный коридор, каждый шорох его дрожит и заставляет сердце забиться быстрее. Дом, казавшийся простым и непринужденным утром, внезапно стал местом безумий. Светлана спокойно пытается заснуть рядом с мужем, но Игорь Сергеевич чувствует себя в неминуемом беглеце, ощущая тенета мрачного происходящего....
Значит, не забудете сделать, что я сказал?
— Нет, не забуду, — обещала гувернантка и вместе с детьми отправилась наверх.
Адвокат Бессонов также попрощался с хозяйкой, сказал, что хочет сегодня пораньше лечь спать, потому что очень устал, и ушел к себе. Светлана Павловна устроилась в гостиной, рядом присели ее брат и Настя, и они затеяли разговор о воспитании детей, о хозяйстве. Гуров не собирался в нем участвовать, да это было бы и неудобно. Он снова вышел во двор. Уже наступила ночь. Было совсем тихо, только в той стороне, где находилась деревня Ключи, слышался собачий лай.
Гуров нащупал в кармане перочинный нож и вернулся в дом. В холле было почти темно — горел лишь ночник, расположенный низко, у самого пола. В гостиной тоже было включено только одно бра, и ему сначала показалось, что в комнате никого нет. Однако, когда он вошел, его окликнул голос Светланы Кирилловой:
— Что, вы тоже идете ложиться, Лев Иванович?
— Нет, я пока не ложусь, — ответил Гуров, подходя к ней.
— Да, я сейчас лягу, — согласилась хозяйка. — Но честно скажу, мне почему-то тревожно.
— Тревожно?
— Ну да. Разве мне не о чем тревожиться? Татьяна Борисовна передала мне ваш с ней разговор. Я поняла, что вы беспокоитесь за судьбу детей. Вот и я, как мать, тоже об этом беспокоюсь.
— Поверьте, я беспокоюсь о судьбе ваших детей и о вашей собственной судьбе ничуть не меньше. Я и остался здесь для того, чтобы вас защитить, чтобы с вами ничего не случилось.
— То есть, как я понимаю, вы вообще не собираетесь сегодня спать?
— Нет, я надеюсь, что какое-то время мне удастся подремать, — ответил Лев. — Мне ведь много не надо — достаточно пары часов. Это профессиональное, я привык к такому режиму.
