В мире безумных изысков укромных мест, куда никто не сунется в одиночку, наш герой забегает сквозь забор и прячется в сугробе. Белые куртка и штаны делают его таким незаметным, словно зверек под белым ледом, но даже в такой ситуации не может укрыться от тревожных шагов по снегу....
Андрюша, — обратилась она к Белому, идущему позади, — совсем нас забыл. Как не стыдно?
— Вера Ивановна, я работаю, вы же знаете, — отозвался дежурно Андрей. — Как Егор Васильевич?
— Сейчас спустится. Зачитался и придремал. Теперь прихорашивается перед встречей с молодой девушкой, — и она просияла так, что Стевита совершенно физически почувствовала, как тепло коснулось ее кожи и растеклось по венам.
Вера Ивановна подошла к девушке и приобняла, коснувшись щеки поцелуем:
— Очень рада познакомиться, Стеша.
— Спасибо, я тоже очень рада знакомству.
По лестнице уже спускался мужчина, одетый в потертые джинсы и полосатый свитер.
— Добрый день, ребятушки, — поздоровался он. — Пройдемте в дом?
— Стеша, ты не против посетить местные бутики прямо сейчас? — обратился к девушке Белый. — Тебе ведь нужна одежда?
— Я взяла всё самое необходимое, — возразила девушка. — Но за предложение подумаю.
И что она пыталась этим протестом доказать? Что вообще произошло? Андрей пожал плечами и, коротко попрощавшись со стевиями, решил удалиться к себе в коттедж.
— Понадоблюсь — звони. Хочешь… в гости заходи… — через плечо пробурчал Андрей.
Вера Ивановна улыбнулась и ласково погладила Стешу по плечу:
— Не надо с ним так холодно. Он хороший парень.
— Я знаю, — тихо проговорила девушка.
— Так мы идем пить чай? — улыбнулся Егор Васильевич.
— Мы идем обедать, — поучительно громко сказала Вера Ивановна.
ГЛАВА 9
Ключ с трудом открыл заржавевший замок. Андрей здесь не был более двух лет. Именно столько прошло с момента смерти деда. Белый работал. Белый развлекался. Белый занимался спортом и читал новости. Белый делал все, чтобы горечь утраты не разрывала его сердце. Дед для Андрея был всем. А его дом всегда давал ощущение защиты. Теперь он был пуст.
На несколько минут задержавшись на пороге, мужчина шагнул по пыльному ковру в темноту. Поддерживать уют не было смысла.
Теперь он стоял в доме своего детства.
Когда-то он мечтал привести в его стены свою жену.
