В глубинах веков, где лишь слышно шипение пустыни и крики змеи-демона, ты решаешь шагнуть в неведомое. Угрюмый мир старых мифов и современных ожиданий. Старый новый мир — тебе не безвестный герой, а лицо, которое привыкли бояться за спиной. Ты знаешь тайны этих земель, но сейчас они важнее тебя саму. Гадким призраком в пещере стирается смертельная угроза, и ты отправляешься к нему....
Как работает её способность я прекрасно понимал. Контроль разума действует в полную силу, когда у демона есть вещь жертвы, переданная добровольно. Но это работает и в обратную сторону.
— Я не могу, — пробормотала она. — Я не буду. Нет, ты не заставишь меня сделать это!
— Как хочешь, — я потянулся и похрустел шеей. — Тогда ты останешься здесь, пока мне не надоест, и я от тебя не избавлюсь. А я пошёл.
— Нет, подожди! А мы можем поступить иначе?
— Подарок, — сказал я. — Добровольный. Это последнее условие.
— Да никому я не буду вредить! — заявила Арна, всплеснув руками. — Я не питаюсь плотью и душами! Мне не надо никого убивать!
Я протянул руку ладонью вверх. Она вздохнула, расправила волосы и сняла кулон, висящий на шее. Я взял его и присмотрелся.
Увесистый и овальный, из серебра, которое демонам не вредило вопреки всеобщему мнению.
— Твоя сестра? — спросил я.
— Да, она… можешь вернуть сам снимок?
— Тсс… я думаю.
Демон отдал мне свою вещь. Как получил куртку у Элизы, так и отдал вещь мне. Взял чужую вещь, демон получает ниточку к разуму жертвы. Но когда передаёт своё — такая же ниточка появляется у него самого.
Обманет — выслежу её где угодно, мне даже не понадобится Метка.
Я ногой разрушил целостность круга из соли и отошёл назад. Арна с опаской шагнула через неё. Круг потерял свою силу, демона внутри больше ничто не держит.
А я ждал, притворившись, что не выспался и расслаблен. Но я готов. Нападёт — даже не успеет пожалеть об этом.
— Тогда я пошла? — спросила она, глядя на соль позади себя.
— Иди. И помни, что я говорил. Тогда, быть может, вытащишь свою сестру.
— Я сделаю всё, чтобы…
— Иди!
Она проскользнула мимо меня, чуть задев платьем. И не накинулась даже со спины. В прихожей надела туфли, и уже скоро я слышал стук каблуков на лестнице. Ушла. Я сжал медальон в кулаке.
Найду легко. Это надёжнее, чем поводок.
* * *— Клянусь, — произнёс последний из жителей дома. — Клянусь перед родом Кинело…
Это оказалось очень долго утомительно. Но спасённые жильцы старого дома, большинство из них, слово сдержали.
