Человека из современности забросило в девятнадцатый век. Перед ним встаёт вопрос: как изменить мир, когда не хватает ни сил, ни воли? Роман о поиске смысла, о первых шагах к переменам и о том, способен ли один человек преодолеть собственные слабости, чтобы оставить след в истории.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Промышленникъ»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Человека из современности забросило в девятнадцатый век. Перед ним встаёт вопрос: как изменить мир, когда не хватает ни сил, ни воли? Роман о поиске смысла, о первых шагах к переменам и о том, способен ли один человек преодолеть собственные слабости, чтобы оставить след в истории.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Человека из современности забросило в девятнадцатый век. Перед ним встаёт вопрос: как изменить мир, когда не хватает ни сил, ни воли? Роман о поиске смысла, о первых шагах к переменам и о том, способен ли один человек преодолеть собственные слабости, чтобы оставить след в истории.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Чего стоишь, уйми псину! Не видишь, что ли, на кого лает?
В селе появление и простого полицейского урядника уже было событием тревожным, а тут такой чин пожаловал! Дождавшись, пока собачий голос утихнет, Прокофий Афанасьевич напористо поинтересовался:
– Савватей-то нынче дома? Ну так чего замерла как неживая, веди давай!
Муж при виде станового пристава хотя и дрогнул лицом, но суетиться не стал, да и вообще проявил непривычное для чиновного гостя спокойствие, тем самым немало его удивив. Да и не только его – староста нет-нет да и поглядывал на осмелевшего непонятно с чего сельчанина.
– Вожин Савватей?
– Он самый буду."
"Не услышав привычного «ваше благородие», становой пристав недоуменно приподнял кустистые брови и совсем было начал багроветь щеками, но все-таки сдержался и продолжил говорить:
– Мне донесли, что у тебя гость поселился, дрова колет, лопатой машет. А сам в больших чинах, да к тому же чуть ли не в дворянском достоинстве обретается. Так?
Грозные интонации в голосе и отчетливый намек на приближающиеся неприятности не услышал бы только полностью глухой и частично слепой собеседник пристава. Савватей услышал. Но не внял. Вместо этого, предварительно покосившись на Прокофия Афанасьевича, все так же односложно ответил:
– Так.
Опять не услышав про свое благородие, полицейский чиновник, против ожидания, даже сердиться не стал. Уперся в столешницу своими немалыми кулаками, навис над хозяином дома и с искренним недоумением вопросил:
– Ты, Вожин, как я погляжу, совсем страх божий потерял? Ты как с властью разговариваешь, олух царя небесного? Мне «горячих» тебе выписать для вразумления или как?
Дружескую беседу прервал звук шагов. Размеренно-громкий, он совершенно по-разному подействовал на всех, кто находился в горнице: предводитель общины тревожно шевельнулся, становой замер в неподвижности, а Марыся и ее муж совершенно успокоились. Вернее, успокоилась она, а ее муж и так особо не волновался. Увидев же его сиятельство, чета Вожиных дружно удивилась: в Олькуше Александр Яковлевич носил погоны штаб-ротмистра и всего один орден на груди.
– С кем имею честь?
На парочку незваных гостей появление офицера подействовало наподобие хорошей плюхи: кратковременный ступор и настороженно-ошеломленное молчание. Староста очнулся первым и с некоторой тоской поглядел на дверь. Господин пристав, в свою очередь, моментально оценил стоимость материала, из которого пошили мундир. Не ускользнуло от его опытного взгляда и сияние двух орденов на груди – Анны и Станислава, а также полнейшее отсутствие какого-либо волнения или недоброжелательности. Легкое удивление было, не без того.
– Становой пристав Золотов, Платон Алексеевич.
– Князь Агренев, Александр Яковлевич.
