В Промышленнике, где звезды мерцали над старыми ткацкими цехами и дымился заводской парокат, Прокофий улыбался даже под вечер. Но одна история – о молчавшем богаче и его дочери, которая вышла за кузнеца – пробуждала в нем сомнения. Атмосфера здесь была как в старых гравюрах: усталые лица, агрегаты на грани ремонта и тихие разговоры перед обедом....
Работодатель, разумеется, не возражал, тихонечко растекаясь по лежанке от удовольствия.
– Ох!
Вот только слабые ручки милой и женственной горничной иногда «забывались», и начинали массировать с силой, более приличествующей какому-нибудь кожемяке. Слава богу, такие моменты все же были достаточно редки, в основном они нежно и бережно порхали, доставляя немалое удовольствие, к сожалению, очень недолгое. А как бы хотелось полежать под такими ручками часика два-три!..
– Спасибо, Наташа.
Массажистка тут же встала, а вместе с ней поползла вниз и предательница-простыня – заставляя князя очень резво выйти из состояния полной расслабленности.
– Ой!!!
А заодно нечаянно столкнулся с горничной, которая как раз ставила флакончик бодяги на свое законное место. Ну как столкнулся?.. Нос и правая щека у него абсолютно не болели, да и грудь Наташи совсем не выглядела пострадавшей (как и сама она в целом). Но шишка все же выросла. У князя. К счастью, не на голове.
«Какая настойчивая девушка. Ну что же, видимо, это судьба. Или нет?»
– Присядь, нам надо поговорить.
Исполнительная горничная немедленно выполнила хозяйское распоряжение. Ошибившись только в одной незначительной детали – она уселась не куда-нибудь, а на колени молодого князя, слегка придавив своим твердокаменным бедром одно, очень даже чувствительное место.
– Кхм. Наташа… Я никогда не сплю с теми, кто на меня работает.
Явственное огорчение на хорошеньком личике девушки в полной мере охарактеризовало ее отношение к такому положению дел.
– Так что у тебя есть два пути. Взять полный расчет у экономки и стать моей содержанкой, или же все останется по прежне…
Договорить у Александра не получилось, его заткнули.
«Судьба».
