В сумерках над пустыней стелется теплый, дрожащий от заката воздух, в это время жуткие комары нападают на все живое. Я смотрю на далекие холмы и мрачные крепости, а сам провожу последние минуты перед долгой ночью в камере.
Как стало известно из слов двигающегося в одной со мной десанта, вся дорога через горную область занимала не больше сорока километров. Даже с учётом распутицы, этот путь можно было преодолеть всего за час не самой быстрой езды, но каждый из бойцов находился в напряжённом ожидании. Все были готовы встретить возможное сопротивление со стороны обитающих на местных склонах религиозных радикалов, которые наверняка бы захотели поживиться за счёт такой колонны, где легко можно было собрать несколько десятков единиц одного только личного стрелкового оружия, не считая техники и товаров в грузовиках.
"Я ехал в голове колоны, всматриваясь в каждую травинку на горных склонах. Будь на пулемёте оптика или у меня бинокль, то можно было бы делать это значительно эффективнее, но приходилось обходиться тем что есть. Благо, на крыше «Тигра» был серьёзный аппарат, один только звук которого мог нагнать страха просто попадая где-то рядом с врагом.
Я впервые оказался в горах и никакого опыта действиях в таких топографических условиях у меня никогда ранее не было, а война в горах была крайне специфичной.
От размышления меня оторвал щелчок. Очень опасный щелчок от попадания пули чуть сбоку от меня. Пуля отрикошетила в сторону, а я тут же нажал на тангетку рации, вновь прячась в люке машины, но не закрывая за собой тяжёлой крышки.
— Снайпер!
Моё магическое чутьё в этой ситуации не помогало, но учитывая, что выстрела не было слышно, то можно было сделать вывод, что стрельба велась с глушителем, а найти самого снайпера в окрестных горах будет очень сложно.
Высунувшись обратно в люк, я схватился за ручки пулемёта, приготовившись открыть огонь по малейшему сегменту местности, который вызовет у меня малейшие подозрения.
