В сумерках над пустыней стелется теплый, дрожащий от заката воздух, в это время жуткие комары нападают на все живое. Я смотрю на далекие холмы и мрачные крепости, а сам провожу последние минуты перед долгой ночью в камере.
Сейчас перед толстой дверью стояло пять человек, все поголовно вооружённые и снаряженные. Были они отнюдь не военными, а больше напоминающими каких-то пустынных рейдеров из одной известной игры: все в кожаных косухах, со странными причёсками и совсем без согласованного вооружения. Впереди стоял мужчина, смотрящий в камеру нагловатым молодым лицом с невысоким ирокезом, наверняка окрашенным в какой-то ядрёный цвет, который чёрно-белое изображение не передавало.
Намерения неожиданных гостей определённо были не добрыми.
— Парни, приготовиться. — резко скомандовал я, подхватывая прислонённый к столу автомат, — К нам гости.
Просто сидеть в обороне смысла не было. Скрип взбежал на первый этаж, а затем, через врезанный в крышу люк, оказался на крыше здания, тогда как я подбежал к толстой стальной двери, сваренной из нескольких мощных листов стали, собранных чуть ли не внахлёст.
Нажав на кнопку микрофона, вмонтированного в стену, я коротко произнёс: — Магазин закрыт. Приходите завтра. Будем очень ждать.
— Да мы просто поздороваться пришли. Не межуйся.
В ответе чувствовалось какое-то нескрываемое неуважение, которое чувствовалось даже через коммуникатор, а этом мне крайне сильно не нравилось.
Не хотелось мне начинать жизнь в городе с массового убийства, но если меня вдруг кто-то задумал крышевать, то ответ должен быть серьёзным. Зачем мне крыша? Дождь на меня не капает, а оружие в руках имеется, так что сразится можно.
— Вот завтра и поговорим. — сказал я, отжимая кнопку микрофона и щёлкая переводчиком огня в среднее положение.
